Хозяйка Скальной гряды

Баронесса отряхнула крошки с платья, вытерла руки и закусив губу, вздохнула. Вспомнила о том, как во дворце королевной скользила по паркету бальной залы и расстроилась, что не заметила, как вновь примерила на себя амплуа Золушки. Права ли она, ведя себя так? Может не надо было так уж радеть обо всём и всех?

— Как вы непоследовательны, — неожиданно ответил счетовод. — Вы же сами бежали от пустых развлечений, не увидев в них смысла.

— Так то́ я, а такой лебеди действительно нечего делать вдали от дворца, — со страстью произнёс Ярый.

— Какую скучную роль вы ей отводите, — мягко улыбнулся толстячок.

— Это почему же? Разве плохо быть дамой двора? Они всегда такие красивые и милые, словно дивные птички.

— А вы разве не заметили, что девушки там работают, и их жизнь вовсе не так безмятежна, как они показывают. Дочери лесного князя невдомёк, что при короле все роли строго расписаны, а ведь её титул не мал и спрос с неё будет больше.

— Да, я видел, что она не вписалась в наше общество, но ей никто не объяснил правила, а она слишком гордая, чтобы спрашивать.

— Я не буду с вами спорить, но обращу ваше внимание, что нашей госпоже тоже никто ничего не объяснял, и она оказалась среди нас без поддержки родных и…

— Вы… — воскликнул Мишенька, — намекаете на то, что я не уважаю Полину свет Аркадьевну? Да я восхищаюсь её стойкостью!

Счетовод замахал руками, показывая, что не сомневается в том, что юный вельможа готов наградить баронессу всеми лучшими качествами бойца.

— Помилуйте, — сразу запросил он пощады. — Я только хотел обратить ваше внимание на то, что мы тоже едем вроде как в захолустье, но в этом всеми стихиями забытом месте зажглась жизнь и все взоры обращены туда.

— Я не понимаю, что вы толкуете мне, — насупился Ярый. — При дворе сплетничали, что генерал Томаш затеял увеличить свой замок, и там сейчас народу столько, что не продохнуть.

— Эх, вы пока не видите разницы, — покачал головой толстячок, — но чуете, иначе не ехали бы сейчас с нами.

Полина сделала вид, что интересуется исключительно инспекцией оставшихся продуктов. Впрочем, сегодня-завтра они уже будут на месте и, пожалуй, придётся заехать на рынок, чтобы сделать запасы для дома. Правда, настроение хлопотать пропало, но деваться было некуда. Будучи хозяйкой, она понимала, что всё надо делать вовремя.

От неё зависит Мишенька, да и Вилантию Пашеновичу первое время надо будет помочь. У счетовода тоже забота: с ним остаются Виляев и Окунь. Он мог бы выдать им плату и сказать, чтобы те сами крутились, но не такой он человек.

Мишенька поглядывает на него по-доброму снисходительно, а ведь именно толстячок всегда на подхвате у Полины и не только по хозяйству. Где нужно, вовремя осадит трактирщика или назойливого торговца, посоветует дельное для экономии, а то и сделает замечание зарвавшимся горничным генеральши, которые, чтобы услужить хозяйке, старались хоть взглядом, но показать своё презрение Полине. Вот ведь не любили они свою хозяйку, даже боялись, а искали способы угодить, и самым простым оказалось выразить пренебрежение к другой знатной даме.