Никудышный [СИ]

— Понятия не имею. Она мало с нами разговаривала. Лежала молча.

— Мне сказали, что мать отказалась дать кровь ребенку. Как вы ее нашли?

— Адрес в истории родов. По справочной мы нашли телефон и позвонили ей в Москву. Она ответила, что я разговариваю со Строгановой.

— Лилией Андреевной?

— Да, — ответила она, но попросила минуточку для выяснения чего-то и потом взяла трубку другая женщина и отказалась от девочки.

— Телефон, — Алексей взглянул на номер и понял, ошибки нет никакой, это был их номер телефона.

— Спасибо, — сказал он, вставая. — Я именем законного представителя милиции должен разобраться в этом. Мне нужна эта история.

— Расписку напишите и ксерокопии оставьте, — сказала Нина Николаевна.

Он попрощался с обеими, попросил, чтобы после снятия ксерокопии ему занесли бумаги в палату. Итак, нужно было собраться с мыслями. То, что Аленка его дочь, он теперь не сомневался. И кровь, и ее схожесть с Лялей и неопровержимые улики говорили о том, что его жена с целью избавления от нежеланного ребенка отправилась рожать из Москвы в захолустье. Но как же так распоряжается судьба людьми, что именно сюда он был отправлен на поиски маньяка. Да и то, что вроде бы здесь могут оказаться спрятанные драгоценности, тоже заставляло его присутствовать здесь. Прежде всего он должен выяснить как попала его дочь к Анне.

Подтверждением того, что Аленка не родная Анне, был отказ от дачи крови. И причина медицински обоснованная. С ней он пока говорить не будет. Вернее будет, но не ранее того, как он поговорит с женой дома.

Его расстроенные чувства, невероятность содеянного злодеяния, не дали возможности зайти к Аленке и проститься с ними обеими. Он не мог пока этого сделать. Боялся, что выдаст себя.

— А может это не его девочка. Может она действительно только похожа на Лялю. Всякое бывает.

Но тогда зачем та приехала в роддом Пролетарска, маленького городишки?

Все вопросы пока оставались без ответов. Вечером он, забрав свои документы вышел с Юрой, пришедшим, чтобы отвезти его на вокзал.

— Все в порядке, Алексей Николаевич?

— Вроде да, а вроде — нет, — загадочно ответил тот.

— Вы сюда еще вернетесь?

— Обязательно, — сказал он Юре, человеку к которому привык и который понравился ему пока, они с ним были в разных переделках.

Юра дождался поезда, зашел с ним в купе, посидел немного и они простились. Юра ушел, поезд тронулся. У Алексея появилось ощущение, что он оставляет здесь что-то родное, милое, нужное.

— Зачем он вот так уезжает?

Но строгий сыщик говорил обратное:

— Только факты. Чувства и эмоции могут быть ошибочными.