Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11
- Автор: Сорокин Геннадий Геннадьевич, Новицкий Евгений Игоревич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Интернет издательство "Vitovt"
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11». Краткое содержание книги:
По моему знаку эксперт-криминалист принес поднос, на котором было несколько шприцев различной толщины и длины.
– Покажи, какой шприц был у тебя, – велел я.
Кутикова уверенно взяла тонкий шприц, протянула мне. Я повернулся к Горбунову.
– Иван, покажи наш шприц! – попросил я.
Горбунов подал мне точно такой же шприц – тонкий, пластмассовый.
– Итак, Кутикова не врет! – объявил я. – Шприцы, как вы можете видеть, совершенно одинаковые.
– Это вы под диваном нашли? – растерянно спросила Шершнева.
Я сделал вид, что не обратил внимания на ее вопрос.
– Можно, я взгляну? – попросил Чистяков.
Он встал, взял шприцы в руки, сравнил их длину.
– Абсолютно одинаковые, – подтвердил будущий медик.
– Кутикова, что было дальше? – обратился я к Светлане.
– Я бросила шприц под диван, выпрямилась и в отражении стенки увидела тень человека, который наблюдал за мной из коридора.
– Офигеть! – высказал общее мнение Чистяков.
– Кто был этот человек? – требовательно спросил я. – Ты его рассмотрела?
Кутикова выдержала паузу, во время которой у убийцы должно было замереть сердце от страха:
– Я не заметила, кто это был. Я даже не могу сказать, мужчина это был или женщина.
Участники реконструкции, как по команде, облегченно выдохнули.
«Градус напряжения растет!» – с удовлетворением отметил я.
Я в задумчивости прошелся по залу. Размышляя над словами Кутиковой, посмотрел на потолок и увидел на нем решение проблемы.
– Давайте вместе решим, кто бы это мог быть, – предложил я.
– Я в зале был, – тут же отозвался Чистяков.
– Мы тут, за стеной… лежим, – подал голос Долженко.
– Кто у нас остается? – спросил я. – Марина-Луиза отпадает. Она бы наверняка потребовала от Кутиковой объяснений… Лапшина, ты ничего не хочешь нам сказать?
– Я одна из кухни не выходила! – возмутилась Лапшина.
– А кто выходил?
В спортзале повисла тишина. Участники реконструкции на кухне стали с подозрением посматривать друг на друга, но припомнить, кто из них первым вышел в зал, они не смогли.
– Перерыв пять минут! – объявил я. – Юноши идут в туалет с Горбуновым, девушки – с Мариной. По пути никому не переговариваться, ход реконструкции не обсуждать.
– Нам тоже можно идти? – спросил все еще лежащий на матах Долженко.
– Если вы закончили, тогда конечно, – разрешил я.
Елена Чистякова вскочила с «кровати», одернула блузку, вышла из «комнаты», посмотрела на меня, повернулась к Долженко и сказала, не скрывая презрения:
– Ну и сволочь же ты! Закончим в клоунов играть, ко мне больше близко не подходи – глаза выцарапаю.
Во время перерыва следователь спросил:
– Как вам удалось изъять шприц у Каретиной? Я с этой сволочью пять минут не могу спокойно поговорить, а вы у нее обыск сделали?
– Какой обыск? – удивился я. – Ты это о чем? О шприце? Кто сказал, что он из квартиры Каретиной?
– Как же так? Ты же сам только что…
– Погоди! – перебил я Меринова. – Я сказал, что у меня есть точно такой же шприц, как тот, на который указала Кутикова. Я ни слова не сказал, где его взял. Про диван – это вы уже сами додумали.
– Так и было, – подтвердил криминалист. – Я еще подумал: «Девчонка спросила, а Андрей, вместо того чтобы эффектно подтвердить ее предположение, вообще отвечать не стал».
– Жульничество какое-то, – недовольно пробурчал следователь. – Мне как эту путаницу в протокол заносить, не подскажешь?
– Из нескольких шприцев Кутикова уверенно выбрала шприц под номером «три». Этот шприц куплен для реконструкции в аптеке и должен фигурировать как вещественное доказательство, а про мой шприц ничего указывать не надо.
Следователь спрятал в папку исписанный лист протокола следственного действия, быстро заполнил новый, подозвал понятых – парня и девушку, студентов юридического факультета нашего университета. Они, не читая, поставили подписи и отошли в сторону. Для студентов моя реконструкция была увлекательным спектаклем, и они жаждали продолжения. Ради такого действия студенты подписали бы любой протокол, даже написанный на китайском языке, иероглифами сверху вниз, в столбик.
Вторую часть реконструкции начали вновь в «зале». «Гости» и «хозяйка» расселись на табуретах вокруг мата, по моей команде «выпили».
– Марина, как ты себя чувствуешь? – спросил я.
– Засыпаю, – ответила девушка. – Глаза слипаются, не могу больше за столом сидеть.
Шершнева встала, подошла к «хозяйке»:
– Пошли, Лу, полежишь немного.