Грандиозная история музыки XX века

В итоге конфликтная логика (Триша Роуз называет ее логикой разрывов, ruptures, см.: Rose T. Op cit. P. 22), сообразно с которой хип-хопь эволюционирует через преодоление постоянных (и на вкус человека западной культуры взаимоисключающих) противоречий[691], оказалась применима и здесь. Женщины, хотя и до сих пор по большей части даже в этой среде определяющие себя через мужчин и свое отношение к ним, обрели возможность самостоятельного высказывания благодаря тому, что хип-хопь – это процесс, социальное действие, в котором важен вклад каждого участника со всем его или ее разнообразным культурным и социальным опытом, и взаимодействие между ними, пусть и конфликтное (или даже лучше конфликтное), приводящее к столкновению интересов и побуждающее вкладывать в создание высказывания все силы. Тогда как в случае «белых» и по большей части куда более толерантных стилей женщины были долгое время практически отстранены от создания музыки в силу того, что здесь музыка понималась как искусство, то есть универсальный продукт, ценность которого определяется конечным результатом; а патриархальное мировоззрение полагает, что куда лучших результатов в области производства искусства добиваются мужчины.

Менее чем за двадцать лет хип-хопь вышел за пределы чисто музыкальных или субкультурных тематик и настолько фундаментально интегрировался в повседневность, что сейчас речь уже идет о «хип-хопь-поколении» (и не одном), «хип-хопь-движении» и «хип-хоп-мировоззрении»; подобное до этого удавалось лишь панку, и ровно по той же причине: панк, как и хип-хопь, в первую очередь был социальным движением, идеологией и оптикой, и лишь во вторую – музыкой. Будучи мировоззрением, хип-хопь присвоил и ряд атрибутов, прежде полагавшихся неотъемлемой частью рок-музыки, – в первую очередь атрибутов, связанных с маскулинностью и агрессивными мужскими формами выражения, – что, по мнению ряда наблюдателей, как минимум отчасти объясняет, почему в последние двадцать – тридцать лет звучание мейнстримных рок-групп заметно смягчилось, а в манере вокала стали преобладать жалобные или задушевные интонации[692]. Хип-хоп породил уличную моду, демократичную, семиотически насыщенную и зачастую гиперболизирующую разнообразные тенденции в мире моды белого мира до той степени, когда одежда превращается в своего рода инструмент социальной критики. Золотые цепи, шубы, блестящие платья и прочая показная роскошь, которые со стороны часто воспринимаются как признак дурного, «неразвитого», в том числе и социально, вкуса или же попытка завоевать символический статус участников привилегированный групп, на деле часто являются своего рода художественным приемом и используются с характерной для хип-хоп-культуры иронией и самоиронией: цепи демонстративно фальшивые, доллары поддельные, шубы носятся в жару, и в целом все это выглядит такой очевидной пародией на ценности «белого мира», что нужно быть непосредственным участником этого белого мира, чтобы ее не разглядеть[693]. Разумеется, это только одна сторона: помимо прочего, одежда участников хип-хоп-культуры действительно зачастую маркировала потребность в обретении более высокого социального статуса, нежели тот, на который они могли претендовать в обычной ситуации. Подобная одежда была своего рода уличным дресс-кодом и часто была обязательной униформой, без которой человека не признавали своим хотя бы оттого, что члены соперничающих групп могли потребовать «пояснить за одежду», и если ты ее не носил, то таким образом заведомо уклонялся от стычек, а это любой уличный кодекс поведения считает неприемлемым[694].