Серебряный ублюдок
- Автор: Уайлд Джоанна
- Серия: Серебряная лощина #1
- Язык: русский
- Жанр: Романы для взрослых
Электронная книга - «Серебряный ублюдок». Краткое содержание книги:
Пять лет. Пять лет назад Пак уничтожил и спас Бекку за одну ночь. С тех пор она боится его, но еще сильнее она боится монстров, от которых он по-прежнему ее защищает… Но Бекка не позволяет страху управлять ею. Она живет своей жизнью, и двигается дальше, пока не раздается звонок из ее прошлого, который она не может игнорировать. Она должна вернуться, и существует только один мужчина, которому она может доверять. Мужчина, отбывший тюремное заключение, байкер, который уже однажды спас ее.
Пак поможет ей вновь, но на сей раз это будет на его условиях. Никакой лжи и слез, он больше не будет сдерживаться от того, чего реально хочет…
Его слова кажутся мне странными.
«Я бы хотел, чтобы они тебя увидели». Не «я бы хотел, чтобы они познакомились с тобой». Пак хочет, чтобы они смотрели на меня, как на вещь, которой можно владеть и попользоваться... Это вызывает воспоминания, и не все они приятные.
— Я не люблю байкерские вечеринки, — говорю я. — И мне не следует прогуливать работу — я не так долго там работаю, чтобы просить об одолжении. Я всё равно не могу себе этого позволить.
Он молчит, проводя маленькие круги на моем плече.
— Ты знаешь, что я член мотоклуба, верно? — наконец спрашивает он с оттенком смеха в голосе. — Байкерские вечеринки — это большая часть моей жизни, и они также будут большой частью твоей, потому что ты моя старуха.
Я откидываю голову назад, смотря на него.
— Я не твоя старуха. Мы как бы встречаемся, некоторым образом.
— В корне неверно, — не соглашается Пак. — Ты сидишь на заднем сиденье моего байка, и ты под моей защитой. Это чертовски близко к определению старухи.
— Нет, — говорю я, качая головой. — Я серьёзно, Пак. Я не хочу туда идти. Мы можем встречаться, заниматься сексом, что угодно. Я никогда не буду чьей-то старухой. Это все у меня уже было.
Его взгляд отрывается от моей груди.
— Не понял? Ты только что сказала, что была чьей-то старухой?
Я вздыхаю, плюхнувшись рядом с ним.
— Извини, я говорила о маме. Я видела, каково это быть старухой, что с ними происходило, не только с мамой, но и с другими женщинами. Все это веселая игра, пока кто-то не ударит тебя по лицу за то, что ты не принесла еще пива.
— Ты снова ведешь себя как сука.
— Отвали, — говорю я, скатываясь с кровати.
Я иду в ванную, хватая одежду по пути. Не хочу этого дерьма, не от Пака. Ни от кого другого.
— Ты, по сути, сказала, что я буду бить тебя, но когда я называю тебя своей старухой, то снова оказываюсь придурком? — спрашивает он твёрдым голосом. — Христос, Бекка. Достань голову из задницы наконец. Я не делал с тобой такого дерьма, и я уже устал оправдываться за то чего не совершал.
Я поворачиваюсь, открыв рот, чтобы прервать его, когда до меня доходят его слова.
Пак оказывается прав.
Я чертовски оскорбила его. Снова. Я закрываю рот и моргаю.
— Ты все верно говоришь, — наконец медленно признаю я. — Я не готова взять на себя ответственность, но мне не очень нравится, как ты все преподнес.
— Я называю вещи своими именами.
Мы смотрим друг на друга, и я качаю головой.
— Не думаю, что это сработает. Моя жизнь такая сумбурная. Сумасшедшая. Меня не хватит для отношений.
Пак встает и подходит ко мне, весь такой ленивый и хищный. И, наклонившись к моему уху, шепчет:
— Ты все усложняешь. Я просто пригласил тебя на вечеринку. Хочу похвастаться тобой, потому что ты красивая, и я горжусь тем, что кто-то вроде тебя мирится с кем-то вроде меня. Что ужасного в том, что мужчина чувствует симпатию к своей женщине?
Я вздрагиваю, потому что он всё ещё пахнет сексом. Я хочу продолжения.
— Хорошо, — отвечаю я. — Но только если Тереза не будет против. И никакого сумасшедшего дерьма.
— Ты ничего не обязана делать, — говорит он. — Ты покажешь мне уважение, я покажу тебе уважение, и мы хорошо проведём время.
Я протягиваю руку и беру его затвердевающий член, слегка сжимая его.
— Мы еще как хорошо проведём время, — соглашаюсь я, надеясь, что это правда.
Стоит попробовать, и я уверена, что он сможет отпросить меня с работы. Клуб всегда был так же глубоко укоренен в жизни долины, как и шахта или профсоюз — когда они просили об одолжении, люди отвечали: «да». Не из-за страха. Из-за уважения.
В этом и есть разница. Разница между клубом, в котором выросла я, и «Ублюдками».
Уважение.
Может, мы все-таки сможем с этим разобраться...
— Эй, Пак?
— Да, Бекс?
— Мне жаль, что я взорвалась. Конечно это не оправдание, но иногда мой характер дает о себе знать, — признаюсь я.
— Кажется я уже это понял, — отвечает он.
Потом он целует меня, и я забываю, почему я расстроилась.
Пак
Утро среды
Пэйнтер чуть приобнимает меня, ударив по спине в приветствии. Я отступаю, чтобы осмотреть его. Время было снисходительно к нам обоим, хотя я не могу сказать того же о тюрьме. Она усложнила нам жизнь. Также заставила меня больше ценить ее. Пэйнтер же где-то свернул, я не помню, когда в последний раз видел, как он улыбался, не говоря уже о смехе.
По-моему, это было, когда мы гуляли с его дочкой Иззи в парке?