Да что вы знаете о настоящих принцессах?

Кортеж продвигался споро. Погода благоволила путешественникам. Дни стояли теплые, солнечные. Дожди случались всего пару раз. Но какие! Грозовые! От задержек спасала лишь скоротечность ливней, которые внезапно обрушивались на землю и столь же внезапно прекращались, радуя оставшимся после их окончания запахом весенней свежести и раскрашивая окружающие пейзажи яркими красками.

Яркости и красок, впрочем, хватало и без гроз. Лорд Палмсбери любовался на зеленые холмы и долины, цветущие фруктовые деревья и кустарники, но всё это буйство красок померкло в его памяти, как только кортеж добрался до рапсовых полей.

Рапс выращивали в Вабрии уже больше пятисот лет. Делали из него столовое масло. Масло лорд Палмсбери пробовал, а вот цветущие рапсовые поля до этой минуты не видел ни разу!

На нежной ещё незапылённой зелени раскинулись сочные желтые лоскуты. Прогретый воздух дрожал, густо пахло травами и мёдом. Вся округа напоминала невероятно контрастную желто-зеленую шахматную доску. Хотелось бросить всё и всех, наплевать на приличия и солидность, разбежаться и упасть в ласковые объятия пушистого солнечного моря, лениво перекатывающего округлые волны.

В состоянии чистого детского восторга и изумления лорд Палмсбери пребывал четверть часа после того, как бросил первый взгляд на преображенный пейзаж. По истечении этого времени восторг плавно сошёл на нет, постепенно вытесняясь глухим раздражением и недовольством. Виной всему стала пыльца. Золотистая легкая взвесь висела в воздухе, оседала на стеклах кареты, на одежде и лицах путешественников, лезла в нос. Нос лорда Палмсбери от этого покраснел и распух, опухли и веки, и пальцы на руках. К вечеру опухло все тело, включая мочки ушей. Посол взирал на окружающий мир сквозь щелочки отекших глаз, из которых непрерывным потоком лились слёзы. Из носа тоже лилось. Доктор Хилер три раза в сутки навещал страдальца, после его визитов лорду ненадолго становилось легче. Но в общем и целом к исходу третьего дня посол люто завидовал принцессе с её острой цветочной непереносимостью. Во-первых, Душа мира — чрезвычайно редкий цветок, и наткнуться на поля, им заросшие, Гердте не грозит. Во-вторых, измученный собственной беспомощностью лорд предпочел бы погибнуть в первые мгновения, нежели растягивать агонию на недели. Погруженный в борьбу с насморком и отеками, лорд Палмсбери пропустил некоторые события, произошедшие в кортеже за время походной жизни.