Долг
- Автор: Гарцев Александр
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Selfpub
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Долг». Краткое содержание книги:
***
Единственный фонарь одиноко болтался под порывами ветра с дождем, вырывая из темноты то разбитую скамейку у подъезда, то рябистую от ливня лужу у угла дома. Так и качался, поскрипывая, скамейка – лужа, лужа-скамейка, скамейка…
– Эй, – Славик от неожиданности вздрогнул, – эй, Кудрявый.
Славик оглянулся. Темно. Никого нет.
–Сюда, сюда иди. – махнула рукой какая-то тень, прислонившаяся к двери второго подъезда.
Сердце не столько от страха, сколько от неожиданности, забилось громче дождя, и застучало где-то тонкой жилкой в левом виске.
– Сарыч? – ты что спрятался? Чего надо?
Подал руку. Поздоровались.
–Ты что спрятался?
–Дождь. Не видишь, что ли? Что я мокнуть должен. Студент, а шляешься до ночи.
–Не шляюсь, я из клуба.
–А, опять панк свой долбили что ли?
–Так, учим одну композицию.
– Музыканты брехенские. Да слушать вашу музыку невозможно, и как директор вам инструменты дает. Я б не разрешил такой херней заниматься. Инструмент, да барабаны гробить.
Сарыч, сплюнул окурок и криво усмехнулся.
–Балует она вас.
Славик пожал плечами. Он знал, не просто Сарыч зашел к нему. Не случайно. Да еще ждал тут в подъезде, в темноте, ночью, в дождь.
– Что хотел то?
– Да Макар вот что-то пожаловался на твою пацанву. Долг картежный не отдают.
Славик решил потянуть время, чтобы понять к чему клонит этот хитрый Сарыч.
– Ну и?
– Так, нехорошо это.
–А у новичков, которых только что научил в Буру, Покер, да Очко играть, недельку как научил – то. У новичков – то хорошо выигрывать такие деньги?
–Так не играйте.
– Вот и не играем больше.
– А долг? – зло прищурился Сарыч.
–А что долг? Не поднять нам его. Это у тебя денежки водятся. А мы студенты. Беднота. Да и сироты мы в большинстве.
–Сироты, говоришь? Безотцовщина, мамы одни воспитывают, говоришь? – у Сарыча заскрипели зубы, заиграли на мощных скулах желваки.
– А я кто по – твоему? Я не сирота? Я не безотцовщина? У меня мамка на двух работах работает. Не вижу я ее почти.
– Работает? – Славик тоже разозлился. – Да она у тебя пья…
И не успел договорить.
Согнулся от резкого удара в живот. Набрал воздуха. Отдышался. Не надо было этого говорить.
Мать у Сарыча лечилась в ЛТП, в Омутнинске от алкоголизма. Так и не смогла пережить этот свой первый и последний роман в жизни, так трагически завершающийся.
Не надо было, не надо было это говорить.
– Долг когда отдадите?
Дышать уже было можно.
Но не глубоко.
Славик потихоньку распрямился. Набрал воздуха медленно выдохнул. Навалился на дверь. Она ржаво заскрипела. Фонарь периодически выхватывал из темноты совсем незлое лицо Сарыча.
–Не злое, – подумалось Славику, – Ничего себе не злое. с таким «незлым» и пырнуть может.
–Ну что молчишь? Отдышался ведь уже.
–Нет, Сарыч, у нас таких денег. Не отдадим, наверное.
–Так можно не отдавать.
–Как это?
–Барыга тут один деньги хорошие дает за мельхиор.
– Это за ложки, что в 14 цехе штампуют?
–За них.
–А мы чего? Мы то причем здесь?
– Паренек нужен, худенький, как твой Димка.
–Ну, барыга – то этот заводской. Он форточку изнутри оставит незакрытой. А склад – вот тут, за литейкой, у железной дороги. Не охраняется. Ни я ни Макар м не сможем, а Димка твой малюсенький. Самое то будет. Вот долг и отработаете. Макар телегу уже нашел. А барыга это на грузовике заказчику и свезет. Хорошие деньги платит.
– Не знаю, Сарыч, не наше это. Нет у нас долга никакого перед тобой. Не о чем нам говорить. А за это. За маму твою ты уж извини, не то ляпнул. Некогда мне. Пошел я. То мамка уже волнуется. Поздно.
***
Славика, как и Сарыча тоже мама одна растила. Он, как и Сарыч, тоже рос без отца. Воспитывался один. Вся семья наша – рассказывал он как-то Чешику, когда как-то вечером вся их компания прогуливалась по единственной асфальтированной улице городка. Вся семья наша я да мама. Может это объясняет некоторые стороны моего характера. Скрытность, например. Да мало ли изъянов у каждого. Вот и у меня они есть. 15 лет мы жили нормально.
Я к тому времени достаточно вырос, но в душе так и остался, человеком, не знающим жизни, наивным и доверчивым. То есть, по сути, парень вроде большой, а на самом деле – маленький, не нюхавши жизни и проблем птенец.
Это, конечно, не значит, что я умел ничего делать. Но вот материться, презирать кого-то, ненавидеть не могу. И от этого переживаю. Но не поворачивается язык плохие слова говорить.
У нас дома с мамой никогда не слыхивали мы таких слов. Ясно тебе теперь, откуда у меня некоторая отчужденность от людей, склонность к одиночеству?
Но, как говорится, любая палка о двух концах. И это позволяло мне читать книги, запоем, писать стихи. В общем, это привело меня к расцвету моих гуманитарных возможностей. Ну что усмехаешься? Думаешь восхваляю себя?