Карманное солнце

Образ, вырисовавшийся в воображении, был столь же смутен, как и ужасен, а объяснения не прибавляли ясности. Темная масса, безжизненная, но неумолимо приближающаяся. Это так неопределенно, что было неприятно поддаваться успокаивающей тишине этих мест. Ночь таит эту опасность, покрывает ее.

Закрой глаза и увидишь ее, среди тысяч ярких бликов, напоминающих кадры хроники совсем далеких, уже мифических событий. Этот страх – органичная часть всех нас, ждущая за закрытой пеленой глаз.

4.

Стал плохо спать. У меня назначено.

Проходите, присаживайтесь.

Меня беспокоят мои сны, вернее одна мысль, связанная с ними… Я расскажу.

С момента, когда я закрываю глаза, я некоторое время продолжаю думать о чем-то своем. Так проходит некоторое время. В тот момент, когда я уже чувствую, как проваливаюсь в сон, мысли мои отступают, и я остаюсь наедине с этой темнотой. Поневоле я вглядываюсь в эту темноту. Густая черная масса, в которой я сначала как будто вязну и мое виденье ее недостаточно четкое, что ощущается как будто я в самом центре всей этой темноты. После этого мой внутренний взгляд останавливается на одной точке, тьма передо мной сгущается, обретая плотность, становится яснее, и я вижу вдалеке от меня что-то материальное, подобие огромной стены. Но я чувствую расстояние между нами, я нахожусь не рядом с ней.

Не могу вспомнить следующее мгновение. Но именно в этот момент все и происходит. И результат всегда один – эта стена оказывается прямо передо мной, почти касаясь моего лица. И я просыпаюсь. Это повторяется не так давно, но все чаще и чаще.

Понимаю, действительно тяжело. Возможно, вы правы, и мне необходим отдых.

Вернусь ненадолго домой.

5.

Душно. Я прогуливаюсь по мощеным тропинкам старого городского парка. Солнце еще не зашло. Ходьба в такую погоду быстро надоедает, и я ищу спасения в тени. Нахожу лавочку, не занятую никем и сажусь. Идти мне некуда, я рассматриваю прохожих. Люди с лицами, выражающими сосредоточенность и серьезность, сменяются весельчаками и повесами, хмурость, радушие, озорство – в общем, мимо меня проходят не отдельные люди, а бескрайний караван человеческих эмоций и чувств.

Но восприятие этого требует от меня многого. Этот калейдоскоп задействует не только зрительные образы, но и запахи и звуки. Все сливается в единый поток, цвета смешиваются, звуки составляют нестройную гамму, запахи слились в одно… Голова начинает болеть. Все оборвалось также резко, как и началось.

Я обнаружил себя, сидящим на скамейке, уставившимся в одну точку. Постепенно мир возвращается ко мне. К моменту, когда я окончательно пришел в себя, уже стемнело. Бледно светили фонари. Людей на улице стало еще больше. И стало прохладнее.

Заметил, что на лавке напротив сидит человек. Это был мужчина ничем не примечательной внешности. Он оперся локтями на колени и смотрел себе под ноги. Мне нужно возвращаться. Посижу пару минут, и пойду. Сидящий напротив приподнял голову так, что мне стало видно его глаза. Глаза – выжженные глаза, в которых нельзя было уловить ни малейшей искорки заинтересованности происходящим. Он находился где-то за пределами обыденных переживаний, на неведомой высоте, на которой перестаешь различать очертания нашей такой ненадежной жизненной опоры.