Куда уходят умершие
- Автор: Храбрый Андрей Андреевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Куда уходят умершие». Краткое содержание книги:
Это рассказ-трагедия о манипуляторе и созданной им кукле, не имеющей будущего, обреченной на поражения во всем и оставленной с привязанностью к создателю один на один. Это рассказ о женщине, потерявшей все со смертью мужа-манипулятора, который воплотил в ней свою сильную любовь, ушедшую от него в иной мир на самом пике чувств.
– Но я ведь не слишком-то хочу, – сразу же попытался отвертеться Виктор, как только нога Дарьи переступил порог гостиной.
– Сахара также два кусочка?
– Да, – ответил тот так, будто ответ выдали вместо него, но его же голосом.
– Берите и пейте. Не допьете – ничего страшного, но хотя бы один глоток обязательно сделайте.
– Хорошо, но дайте ему остыть.
Она стояла перед мужчиной, обняв горячую чашку двумя чистыми, светлыми ладонями – болезненное жжение теплоты словно не чувствовала, – с готовностью вот-вот плеснуть кипяток в лицо, но, удовлетворившись ответом, плавно подошла к дивану и уселась. Зрачки ее казались неотъемлемой частью черного космоса, частичку которого влили в центр радужки, чтобы хоть где-то еще спрятать необъяснимое, загадочное, бесконечно и опасное…
– На чем я остановилась?
– Вы ждали его в спальне.
– Нет, не то.
– Он научил вас говорить красиво.
– Точно… – Выдохнула она с грустью, какая бывает у студентов, когда в руки попадает долгожданный диплом в обмен на пять долгих лет обучения. – Он научил меня многому, считайте, всему и с самого начала. До встречи с ним я была лишь неоформленным сборищем материи, а по итогу превратилась в настоящую куклу. Он меня собрал, как мастер собирает игрушки, не внешне, но внутренне. Он был для меня хозяином, создателем, он превратил меня в объект потерянной любви, не такой идеальный, но все же… Я копия. Копия другой женщины, ушедшей, и поэтому я кукла. Он с самого начала видел во мне другую, свою идеальную, и без стеснений и разрешений выбил из меня мою собственную индивидуальность скромной официантки, о которой я уже позабыла. Да и что его проклинать, я сама ведь виновата: упорно отталкивала мысль о том, что его слова любви – лишь способ овладеть мною, что они лишь то, что прихотливо хотелось слышать мне, чтобы я никуда от него не сбежала.
– Вы так спокойны, пусты почти что…
– А вы ожидали потока слез? Куклы, вообще-то, не плачут.
– Тогда почему бы вам хотя бы на минутку не побыть единственной плачущей куклой? Раз уж решили играть роль, то отыгрывайте ее сполна.
Тонкая улыбка отчаяния. Виктору вдруг сделалось не по себе от того, что мысли этой несчастной оставались неразгаданными. Что она задумала? Кто для нее люди? Не куклы ли, которым ради любопытства не жалко оторвать глаза-пуговки и тряпичные руки? Все ее разговоры сводились к одному: в чем смысл дальнейшей жизни без кукловода? Ведь без него жизнь обратилась в ненужную рухлядь.
– Извините, я несу какую-то чушь…
Женщина пропустила все мимо ушей:
– Вы поддерживаете меня? Не гоните? Не считаете дурой, сумасшедшей?
– Такая интонация голоса… Требующая доверия. Куда же я теперь денусь после вашего пения? Вы меня очаровываете, как русалка моряков, – реакции никакой, видно, в ней не осталось места для счастья. Чтобы убежать от круглых печальных глаз, Виктор взялся за успокаивающую серьезность. – Все мы люди, живые существа, и, раз наделены способностью чувствовать, то почему же должны стесняться говорить о переживаниях, какими бы глупыми они не казались, тем более, тем, кто готов слушать и отвечать?
– Значит, я вам доверилась не зря. Радует, очень. Честно. А на цепочке кольцо – это чтобы вы перестали гадать.
– Обручальное? – Она едва заметно утвердительно кивнула. – И зачем же вы повесили его на шею? Не лучше ли спрятать в коробку памяти или…
– Я ношу его везде с собой, чтобы не забывать о своей принадлежности к создателю.
– Я поставлю кофе?
– Сделайте еще один глоток.
Он послушался в очередной раз, затем наклонился – одежда зашуршала так, словно только ее шепот во всем мире имел право на существование, – поставил наполовину наполненную чашку на стол. Рядом с подносом аккуратной стопкой томились фотографии – сколько же скрупулезности было потрачено Виктором, чтобы сложить их идеально ровной стопкой пока Дарья крутилась на кухне среди своих кукольных обязанностей. А к чему эти фотографии вообще? Ради доказательств, чтобы в ее сумасшествие поверили? Разве в них крылись причины, следствия, важности? История держится в людях, и, пока те способны помнить, они и будут являться динамическими живыми фотографиями.
– Почему? – Корректно поставить вопрос он не мог. Мычал. – Как догадались, что вы… – Жалкое слово почему-то никак не слетало с языка. – Кукла?