Европа во мне. Как не потерять себя в новых странах, условиях и ролях
- Автор: Оаро Екатерина
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: АСТ
- ISBN: 978-5-17-145295-7
- Жанр: Бизнес
Электронная книга - «Европа во мне. Как не потерять себя в новых странах, условиях и ролях». Краткое содержание книги:
Сейчас у нас осталось меньше возможностей путешествовать, но мы все равно продолжаем оказываться в новых социальных ситуациях. Читая эту книгу, вы будете попадать то во Францию, то в Италию, то в Беларусь, то снова во Францию, то в СССР – но главное: внутрь себя. Ведь мы встречаемся с Другим не только переезжая в новую страну, но и меняя офис, улицу, должность или семейный статус.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Перепрошивать опыт, снимать шоры, преодолевать ограничения, через которые мы смотрим на мир – немаленькая нагрузка.
Я хотела написать «недетская», но исправила: мне кажется, она именно детская. Так живет ребенок: в неопределенности, непрерывно обучаясь и удивляясь.
И, как мы помним, ребенок спит даже днем. Устает.
У себя в стране, чтобы встретиться с друзьями, вы бы просто прогулялись по городу. В новой стране, где собираешься жить, а не быть просто туристом, можно устать на ровном месте – и больше ничего (внешнего) не сделать за день.
Но это в тексте моем уже вечер, а в том дне еще только 15 часов. Вокзал.
Красивый французский вокзал: просторный, высокий и продуваемый со всех сторон. Вокзал-сквозняк.
На улице 0 °C, и в своей стране вы решили бы слишком не утепляться. Но увеличьте влажность – и ноль градусов превратятся в собачий холод, пробирающий несколько слоев одежды и кожи. Он вонзается под рукава, колет лицо, захватывает колени в щипцы.
Ты же из России, тебе вообще не холодно никогда! – говорят тебе французы, подворачивающие брюки, чтобы оголить щиколотку, и не застегивающие пальто в эту погоду.
Не знаю, как у французов, а у меня и у моего телефона батарейка моментально садится при низких температурах.
Я купила хлипкий стаканчик горячего шоколада – и подошла к длинному, человек на пять, столу из светлого дерева, за которым можно постоять. Шоколад быстро остывал, согревая лишь ладони.
К противоположному концу стола подошел смуглый парень с тремя изношенными сумками. Голая шея, широкая толстовка, под которой будто гуляют ветра. Ему не холодно, и, если бы мы заговорили, он бы тоже спросил: «Но ты же из России, почему ты мерзнешь?»
Но парень этот на меня не смотрел. По его невесомому взгляду было не понятно, смотрит ли он куда-то. К тому же, он слегка покачивался, а потом оперся на стол так, будто сейчас взлетит.
Секунд через тридцать к нему подошли трое полицейских, начали расспрашивать его о чем-то и попросили показать вещи. Парень медлил. Потом он стал выкладывать – плавно, как в замедленной съемке, – предметы только из маленького кармашка сумки.
Несколько зажигалок. Скомканная бумага. Колпачок от ручки. Фиолетовая зубная щетка.
Эту щетку не положил на стол, а отправил в рот как сигарету – и начал перекидывать ее с одной стороны на другую.
А я успела рассмотреть полицейских. Они все были разными: один черный, второй голубоглазый, третий очень высокий.
Для вас лучше сказать нам сразу, есть ли у вас что-то, – произнес голубоглазый.
Парень поднял самую большую из своих сумок и бросил ее на стол, в противоположном конце которого дрогнул стаканчик с моим шоколадом.
Носки, – парень выложил на стол кучку ношеных носков. – …бутылка, – достал помятую бутылку, пожевывая зубную щетку.
Каннабис? – перебил его черный полицейский.
Но парень ответил расслабленно:
Поищите, это же ваша работа.
Полицейские посмотрели на все три сумки, а потом решили:
Начнем с вас.
Парень раскинул руки. Голубоглазый проверил задние карманы джинсов, залезая в них руками. Там звенит мелочь.
Они перешли на багаж, а парень начал спокойно, каждый зубок по отдельности, чистить зубы своей фиолетовой щеткой без пасты.
Мой шоколад совсем остыл, и влажный холод проник под рукава. Полицейские находят в сумке его зубную пасту – потекшую в прозрачном пакете, без колпачка.
Они смотрят сумки еще минуту или две, а потом улыбаются этому парню, продолжающему курить свою щетку.
А он в ответ улыбается им.
Куда едете? – спрашивают его.
В Париж, – отвечает он после паузы.
Полиция тоже выдерживает паузу, а потом с улыбкой говорит:
Хорошей поездки.
Трое полицейских разворачиваются и уходят, ничего не найдя, но и не посчитав его поведение оскорбительным. А парень снова опирается на стол, будто привязывает к нему воздушный шарик.
Мало ли, почему у него такая пластика, такая сумка, такой взгляд и желание почистить зубы на платформе. Он не нарушил законов – а значит, может улыбаться полицейским и даже шутить над ними.
Если, конечно, он не боится их.
А он не боится. Чего их бояться? Они же его охраняют.
Есть опыт, с которым хочется спорить. Настаивать, что дома лучше, душевнее, глубже, ближе.
А есть опыт, который показывает: и у нас бывает странно. Нелогично. Небезопасно.
Тогда эмиграция – это возможность его перезаписать.
Улыбнуться полицейскому и гарантированно получить улыбку в ответ. Сходить на мирную манифестацию, сжаться от страха, но удостовериться, что ни одна резиновая дубинка не разрезала воздух.