Лифт, или Пара шагов до убийцы
- Автор: Винтер Мара
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Контркультура
Электронная книга - «Лифт, или Пара шагов до убийцы». Краткое содержание книги:
– Так он только уйдёт ещё глубже, – заявляет Эш. – Так глубоко, что потом не доберешься. Она сама выбирает, какую частоту взять, мутную или прозрачную, ты ведь знаешь это. Удивительно, нет, даже поразительно, как, зная это, ты умудрилась остаться среди грубых вибраций… – «У алкаша и святого одна природа», – кажется, так она сказала.
– Я не выбирала между грубым и тонким, в этом секрет, – убирает руку, как я убираюсь коктейлем: медленно, плавно. – Вы вот, утонченные йоги, считаете, что одно нужно культивировать, а другое искоренять. А я вам скажу: без одного нет другого. Вы знать не знаете, что это такое, ощущать величие противоречий, на разломе, на острие. Смотреть, как эскортница спасает чей-то брак, который развалился бы без неё, он ушёл бы к любовнице, потому что ему каждый день надо, а ей раз в месяц. Как за баром у меня человек исповедуется и льёт чистейшие слёзы, такие, каких священник в практике своей дай боже раз увидит, а то и вовсе никогда. Как проститутка в момент оргазма вылетает туда, где нет разницы между двумя телами, мужчины и женщины, и самим боженькой, двуполым. Плевать ей, что за мужчина, она в каждом мужчину видит, а не картинку, "персону", потому и они видят в ней женщину, идеал, абсолютную женственность, которую невозможно башкой окунуть в быт и стереть тем самым. Платят ей, это бонус, а не цель, вот такую я знаю. Зовут её Шая Лив, моя соседка. Ей замуж предлагали миллион раз, ей это не надо, не её это, она с собой в мире. Знаешь, сколько я видела такого, что опровергает твои идеи, о целибате, о блокировании низов? Даже… если видел ты это, толковал не так. Могу поспорить: смотрел, как алкаш последнюю рубаху отдаёт, и думал: вот, и в нём проблеск атмана, не утратил, хотя пытался всю жизнь. Нет, Эш, нет: без той жизни, что ведёт он, без того убожества, не отдал бы. Он бы даже не понял, каково это, быть в самом низу, и помогать тем, кто там же. Мы все, как бы ни жили, следуем самим себе, и тем лучше живём, чем точнее следуем. Потому я и говорю, душа чиста, что ты ни делай. Личность – нет, личность учится, и понять должна, что есть она, что есть её пределы, и что там, за ними, за пределами. Умрёт этот… тролль, – на меня смотрит, – и не будет больше тролля. Будет только жизнь тролля, замкнутая в самой себе. Пинать его надо сейчас, иначе всё, поздно, конец его истории. Карма, не карма… я вижу, что здесь.
И тут, мгновенно, я понимаю, почему Эш – не тролль. Ни на одну девчонку, ни на Зет, ни на Морин, он не смотрел так. Так – это с вожделением. И он, пожалуй, первый среди своего пола (из тех, кого я помню), кому это удавалось. Брат, который без вожделения, прищелкивает:
– Я понял, в чем дело, – слегка улыбается. – Ты путаешь дух и душу. Дух – это та самая часть целого, неделимая, которая во всём и в каждом, сознание, если угодно. А душа отдельно, душа – это, скорее, память об опыте, от тела к телу. Душа учится, дух уже всё знает, он и есть – то-что-всë-знает, то-в-чем-всë, состояние без страданий. Но это скорее поправка, чем ответ, – спохватывается. – Тебе нравится диссонанс тонкого и грубого, их борьба, как ты сказала, "остриё"? Ты не хотела бы уйти за противоборство этих сил? Оставить тролля самому себе, с последствиями его действий…
– Так я и выхожу, – пожимает плечами Зет. – Наблюдая за противоборством, у людей и в себе. Вот тебе и разлом, за которым… Если, в твоих определениях, дух – это связь, которая соединяет всё со всем, а душа – то, что соединяется, ткань, из которой сшит мир, то за разломом её – их единство. Он един, она двойственна. Я не выбираю то или это, вообще. Я нахожу сам выбор абсурдным. Это то же, что выбирать между руками, какая нравится, правая или левая, оставят одну, а лишнюю отсекут. Троллю, – вспоминает, с чего начали, – если бросить его, как есть, лучше не будет, но последствие его действий – уже здесь, это я и Риччи. Мы видим его. Уже видим. Что же теперь, жить с этим, бездействуя?
Аллилуйя. Меня наконец-то услышали.
– Ты не выбираешь, говоришь, – Эшу больше интересна метафизика, чем живой (или мёртвый) мэр. – Хорошо, я скажу тебе, что ты делаешь. Нет ничего плохого в воде, так? Если стоять в ней по пояс, головой вверх, ногами вниз, и видеть свои ноги там, внизу. Но что делаешь ты – ныряешь, и барахтаешься, пускаешь много волн, самой себе загораживаешь обзор, чтобы потом, почти утонув, вынырнуть, и – дышать, дышать, отчаянно, жадно, говоря: ого, да, я постигла. Ты могла бы просто быть вне, снаружи. Когда ты снаружи, видно, что там, внутри, под водой. Когда голова внизу, а ноги вверху, ты за цель, за воздух, принимаешь свою же нижнюю половину тела… – Сестра восклицает: «Протестую!» – но брат продолжает. – Да, видите, конечно. За волнами эмоций и своих представлений о нём. Но его вина даже не доказана, ты сама это говорила. Ты даже не пыталась встать на его позицию, если он виновен, а как судить, не поняв все стороны? Будь ты на его месте, ослепленной богатством, положением в обществе, ложным ощущением своего могущества, разве не пыталась бы защищать, что накопила, за долгие годы? Другого-то у него ничего нет. Страх ослепляет, темнота заставляет махать кулаками во все стороны, это животный инстинкт, инстинкт выживания, он проявится так или иначе, если ты, весь, под водой. Набирал себе ракушки, улыбался рыбам, а тут – нате, отберут ракушки, рыбок разгонят, и ты больше не морской царь, а ужасное чудовище. Да к тебе больше никто не подплывет, с голоду сдохнешь, один. Кому охота считать себя чудовищем? Чтобы признать себя таковым, нужна большая, даже нет, огромная внутренняя сила. Скажи, есть она, у материалистов?