Контракт на молчание

— Эннис знает, — резюмирую я тихо.

— На ее беду, — соглашается Эперхарт. — Знания — штука опасная, с ними надо осторожно. Умные люди их используют, чтобы не нажить себе проблем, а очень умные — чтобы доставить проблемы по другим адресам. Некоторые думают, что они очень умные, а на самом деле подставляются… Вот вы ведь наверняка догадались, что в «Айслексе» разрешено играть только друг против друга, но не против меня?

— Что, говорите, вы сделали с тварью, которая вас укусила?

Эперхарт широко улыбается, наклоняется через подлокотник дивана и шепчет:

— Вот и посмотрим, что я с ней сделаю.

Ночью меня будит неясный шорох. Некоторое время приходится осознавать, где я нахожусь. Кажется, что я все еще в Сиэтле, в моей квартирке. Но нет же, я два месяца назад отказалась от аренды и на целый год продала душу дьяволу, чтобы побыть в «раю» с Клинтом. Можно было бы сразу догадаться, что это не самое мудрое мое решение.

Я оглядываюсь по сторонам, ловлю в фокус часы. Два пятнадцать? Что происходит? Мы с Клинтом легли спать вместе, но сейчас он стоит около стола и что-то листает при тусклом свете ночника.

— Клинт, что ты делаешь? — спрашиваю я таким же холодным голосом, каким сковало все внутри от понимания.

Противореча сама себе, я вскакиваю с кровати, подхожу и вырываю у него из рук папку, не давая возможности ответить. Да, ту самую, что возила к Эперхарту сегодня вечером.

— Что ты там искал?

— Да ничего. Просто любопытно. И прежде, чем ты скажешь, это не нарушение контракта, ты мне ничего не рассказывала.

Он поднимает руки и улыбается. Будто долго искал и нашел, наконец, лазейку. Будто мы все это время просто играли, но он придумал способ обмануть навязанные правила. Какой хитрец, какой молодец. Выиграл. Только вот вопрос: что именно выиграл?

— Да, Клинт? Правда?

Меня трясет от злости. Что за странность лезть в чужие бумаги?! Даже я не смотрела, что именно возила на подпись Эперхарту. Мне бы и в голову не пришло ничего подобного, несмотря на то, что я сотрудник «Айслекса» и ему же принадлежат бумаги. Несмотря на то, что Боуи не посчитал важным их прятать от меня. Это не мое, это не для меня. Зачем мне влезать в чужие дела? Да даже чужие секреты — лишнее и зачастую необоснованное давление. Не надо мне его!

Так зачем оно тогда Клинту?

— Да что такого? Думаешь, я что-то понял?

— Интересно, ты ко всему относишься так легкомысленно или только мне везет?

Я кидаюсь к шкафу и достаю оттуда первые попавшиеся вещи. Натягиваю майку, чуть не запрыгиваю в джинсы. Спешу как могу. Я настолько зла, что эта злость гонит меня из дома в ночь, да поскорее.

— О чем ты говоришь вообще? И куда собираешься в такой час?

— Вернуть документы человеку, который дал их мне на хранение на одну ночь. Оказывается, я не могу оставить в своем доме конфиденциальную информацию и быть уверенной, что она таковой останется! А говорю о том, что ты сам был за то, чтобы я едва ли не переехала жить в офис, но вдруг начал предъявлять претензии, что не можешь сунуть туда нос, чтобы подсмотреть, как я там без тебя.