Ловушка времени (сборник, том 1)

— Хорошо, — сказал Конвей.

По крайней мере, это была не атака. Или, по крайней мере, не вражеская атака.

— Говорит Конвей. Приказываю: не повредите робота. Инструкции получите позже. Работайте в резервном режиме.

Он вопросительно посмотрел на Брума, только сейчас осознав, что старик все это время с тревогой выкрикивает бессмысленные слова:

— Генерал, генерал, я узнал точно, что произошло...

— Заткнитесь, пока я не разрешу вам говорить, устало сказал Конвей. — Ждите.

Он подошел к раковине в стене, открыл кран, наполнил водой какую-то колбу и нашарил в кармане тюбик таблеток бензедрина. Не очень-то они помогли бы. Он уже долго жил на этих таблетках. Но предстоял последний рывок, — по крайней мере, он должен быть последним, — и сейчас была бы не лишней каждая дополнительная капля стимулятора. Скоро он сможет бросить все это.

Притворно оживленным голосом он дал Бруму краткое, в тридцать секунд, резюме. Старик стоял молча, сжав губы и уставившись на Конвея пустыми глазами, пока его разум, очевидно, парил в каких-то абстрактных высотах.

— Ну? — спросил под конец Конвей. — И что вы думаете? Он просто растет без надзора или что? — Ему захотелось схватить и трясти Брума до тех пор, пока тот не очнется, но Конвей подавил этот позыв.

Он уже получил проблему, не прислушавшись к возражениям Брума, и оказался неправ. Возможно, фатально неправ. Теперь нужно дать старику время подумать.

— Я уверен, что это входит в его задачу, — сказал Брум после невыносимо долгого молчания. — Я боялся чего-то подобного — неконтролируемой реакции. Но программа встроена в него, и я считаю, что он действует для достижения установленной нами цели. Конечно, кое-что получилось неправильно. Нам следовало лучше отладить связь с ним. Не должно быть никакой блокировки речи. Нам предстоит узнать, что он хочет и почему не может сказать нам об этом прямо и понятно. — Он помолчал и несколько раз мигнул, рассматривая разрушенную приборную панель. — Я слышал, Сектор Суб-пять. А что находится в этом Секторе?

— Библиотека, — сказал Конвей, и несколько секунд они глядели друг на друга в тишине, затем Конвей снова вздохнул глубоким, обреченным вздохом и продолжал: — Ну, так или иначе, мы должны остановить его, причем как можно быстрее. Эго — самое важное, что у нас есть, но если он разрушит всю базу...

— Не совсем самое важное, — перебил его Брум. — А вы думали, что он может сделать потом? Ведь библиотека лишь первая его цель?

— Что? Не заставляйте меня строить предположения.

— Кажется, он ищет информацию. И следующими после библиотеки могут оказаться компьютеры, вы так не думаете?

— Боже милостивый, — безжизненным, бесконечно усталым голосом сказал Конвей.

Затем он беззвучно рассмеялся. Уже через несколько секунд он должен начать действовать, но он не уверен, что способен на это. Разумеется, он идиот, поторопившись с этим роботом. Не приняв мер предосторожности. Он сделал ставку и, возможно, проиграл. Но он знал, что сделал бы то же самое, если бы у него появилась возможность все переиграть. Игра еще не проиграна. И вообще, какая у него была альтернатива?