Европа нового времени (XVII—ХVIII века)
- Автор: Чубарьян Александр Оганович
- Серия: История Европы. #4
- Год: 1994
- Язык: русский
- Год: НАУКА
- ISBN: 5-02-009794-2
- Жанр: История
Электронная книга - «Европа нового времени (XVII—ХVIII века)». Краткое содержание книги:
В это же время через успехи рационалистического подхода к действительности вызревает и в XVIII в. становится определяющей составной культурного климата Европы идеология Просвещения, творящая новое культурное единство на светском, надконфессиональном уровне.
Поражение крестьянской войны не заглушило острых социальных конфликтов в стране. На некоторое время вооруженная борьба с угнетателями отступила на задний план. Однако неповиновение населения, отдельные выступления против властей и помещиков продолжались. А бегство из крепостной деревни не ослабевало. Ширилось движение старообрядцев-раскольников.
Если до середины XVII в. официальной церкви противостояли разрозненные и немногочисленные группы еретиков, то теперь на арену выступили широкие народные массы. Раскол русской православной церкви приобрел характер и масштабы общенациональные, что указывало на кризис религиозной идеологии и церковной организации. Внешнее выражение раскола (расхождения в обрядах, толковании канонических текстов и т. п.) не может скрыть глубинной социальной подоплеки этого движения.
Как известно, раскол церкви обычно связывают с деятельностью энергичного и властного патриарха Никона и его сторонников. Заняв патриарший престол в 1652 г., Никон стал добиваться на церковных соборах последующих лет утверждения намеченных им реформ. В 1656 г. церковный собор с участием антиохийского патриарха Макария отлучил от церкви всех противников реформ. В середине 50-х годов XVII в. Печатный двор усиленно выпускал в свет вновь переведенные или исправленные богослужебные и другие церковные книги. В самой идее правления и проверки находившихся в обиходе богослужебных книг с целью их приведения в соответствие с наиболее ранними творениями «отцов церкви» ничего угрожающего как будто не предвиделось; парадокс состоит в том, что инициаторы этого дела, строго говоря, и были «старообрядцами», так как стремились возродить искаженные временем и обстоятельствами тексты церковной литературы. Но Патриарх Никон старообрядцами стали именовать тех, кто воспротивился реформам Никона и считал их делом богопротивным.
Нововведения в церковной жизни осуществлялись крутыми мерами, что усиливало недовольство «никонианами». Раскол быстро перешагнул рамки духовного сословия и стал распространяться на все социальные слои, превращаясь в своеобразное знамя борьбы с церковными и светскими властями. Угнетенным народным массам казалось, что их бедственное положение, усугубленное войнами, неурожаями, эпидемиями, имеет отношение к проводимым церковным реформам. «Шатость» в вере стала проявляться еще более наглядно, чем ранее, власти были озабочены уклонением верующих от исповеди. В 1660 г. последовало распоряжение строго соблюдать это правило, составлять списки не бывших на исповеди и присылать их в Монастырский приказ для принятия мер против ослушников. Полицейские санкции в идеологической сфере побуждались известиями, подобными тем, которые поступали из Астрахани. Там работные и гулящие люди распространяли какие-то «богоотступные письма».
Десятки тысяч людей отказались принять нововведения. Подвергаясь гонениям, они покидали свои жилища и семьями уходили в леса, селились в труднодоступных «зверопаственных» местах, подальше от всякого административнорелигиозного контроля. Север, Заволжье, Урал и Сибирь стали основными районами, где водворились старообрядцы. Но и в городах, включая Москву, Новгород и другие пункты, это движение стало внушительным. Имели место прямые столкновения старообрядцев с царскими войсками, проводившими облавы на «богоотступников».
Политический крах Никона, его отлучение от патриаршества, подтвержденное церковным собором 1666 г. в присутствии восточных патриархов, не погасили пламя раскола. Оно бушевало во многих местностях. Наиболее известно Соловецкое восстание 1668–1676 гг., в ходе которого старообрядцы сыграли огромную роль. «Прения о вере» бурно протекали в столице. У церквей собирались «мужики простые купами», вызывая обоснованный страх в верхах. Восстание 1682 г. в Москве также имело самое прямое отношение к движению старообрядцев, в их среде было много стрельцов. Официальная церковь и правительство пытались сокрушить раскольников и в богословских спорах, но безуспешно. Вызванный на диспут в присутствии царевны Софьи один из лидеров старообрядцев, Никита Пустосвят, после словесного поединка был схвачен и отправлен на плаху. Неистовый противник церковных нововведений протопоп Аввакум оказался в долгой пустозерской ссылке и там подвергся жестокой казни — его сожгли в срубе.
Независимо от воли расколоучителей движение старообрядцев выливалось в различные формы протеста против существующих порядков, приобретало социальную окраску. Фанатичные представители раскола стали прибегать к изуверским способам отказа от официальной церкви. Они толкали своих последователей, включая детей, женщин и стариков, на коллективные самоубийства. Из разных мест страны (прежде всего с Севера и из Сибири) стали поступать страшные вести о самосожжениях десятков и сотен людей. Проповедь «крещения огнем» как знака приверженности «истинной» вере и средства очищения от «земных грехов» уводила сторонников раскола от активной борьбы с социальным злом. Вместе с тем столь страшный исход, как самосожжение, указывал на непримиримость вовлеченных в раскол людей с господствовавшей общественной системой.