Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

О, я прекрасно понимала чувства этой несчастной.

– А муж о нем знает?

– Да ничего он не знает, точнее, самого Торна знает, то есть не Торна, а ван Вейна, но о любовной связи жены не знает. И еще Наталья страшно злится на Малгу, что из-за нее получился такой паштет, а Малга, в свою очередь, ужасно переживает. В общем, ты понимаешь.

– Прекрасно понимаю. А дельце-то просто прелесть! И знаешь, эти голландские менты должны нас благодарить! — И тут я спохватилась. — Ой, ну втянули мы в грязное дело Мейера и Наталью, только что толку-то? Ведь это же не он.

– Как это не он? — возмутилась Мартуся. — Ты что хочешь сказать?

– Не он убийца! Не Мейер, как бы он ни назывался. Я тоже видела его фотографию, до дыр рассмотрела, но хоть тресни — у машины с трупом был другой человек, совсем другая рожа. Возможно, мы попутно раскрыли еще какую-то аферу, но убийство, к сожалению, остается не раскрытым.

Разочарованная Мартуся долго молчала.

– Но тогда как быть с Мейером? Он что же, обыкновенный аферист, каких там пруд пруди?

А у нас их мало, что ли? Да ты не переживай так, может, он просто двоеженец. В Швеции у него одна жена, в Голландии другая, в Штутгарте любовница, а в Париже и вовсе целый гарем…

– Вообще-то Наталья его давно не видела, — перебила меня Мартуся. — И ее особенно злит то, что узнали о нем теперь, когда она с ним почти порвала. Кстати, она себе нового завела. А Мейер, по ее словам, в последнее время растолстел и стал каким-то мямлей, такие ей не нравятся.

– Тогда почему же она так из-за него переживает?

– Потому что успела с ним подружиться. Привязалась к нему, по-человечески привязалась. Он очень умный и знающий, много дельного ей посоветовал, а она взяла и донесла на него. Вот и переживает. Такую свинью подложить человеку! Согласись, не очень красиво с ее стороны…

Я согласилась.

– Да ты сама хотя бы не переживай. Во-первых, она же не нарочно его выдала, просто у нее вырвалось. А во-вторых, раз он такой умный и ловкий, то как-нибудь отбрешется. Может, вовсе и не женат он на своих женах, а просто так. А я при первом же удобном случае расспрошу Гурского, чем все закончилось. Юрек-Вагон взял за правило обо всем ему докладывать. А мне Гурский докладывает, нелегально, конечно. Главное — ты, пожалуйста, успокойся.