Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

Парни искренне удивились:

– А чего рассказывать-то? Что баба с мужиком свиданку устроили и укатили на машине, а вторую на время припрятали?

– Но ведь вот теперь рассказал.

А это из-за орехов. Отправился за орехами в сад Бернардины и увидел, что «пежо» все еще стоит. Это ему показалось странным.

– А не говорил ли он случайно, как выглядел тот тип из «мерседеса»?

Парни растерянно переглянулись.

– Не-а, не говорил. О бабе говорил — большая такая, даже «коровой» обозвал. А про мужика… Нет, ничего.

– Про куртку его говорил! — вдруг вспомнил один из парней. — Черная, от дождя. Дико дорогой прикид. Классная, короче, куртяха.

Инспектор понял, что больше ему из парней ничего не выдоить, и задал последний вопрос:

– А когда вам Филип об этом рассказывал, еще кто-нибудь мог слышать его?

Парни привычно переглянулись и дружно пожали плечами.

– Да любой мог слышать, народу-то тусовалось рядом полно. У нас тут всегда так — заправка, мойка, сервис, с утра до ночи крутимся. А у Филипа-то голосище был будь здоров, мы же привыкли целыми днями перекрикиваться. Кто-то крикнул, чтоб завтра еще орешков от Бернардины притаранил. Вон господин сержант слышал, значит, и другие слышать могли.

На этом инспектор Рейкееваген закончил допрос парней и отправился беседовать с семейством Филипа.

Выяснилось, что в тот августовский день младший брат без разрешения взял велосипед Филипа, а ему оставил свою старую развалину. Филип тогда дико разозлился, но делать-то было нечего, поехал на развалине, а на обратном пути у него лопнула цепь и пришлось тащиться пешком. Домой явился злой как черт и первым делом выпорол брата, который к этому времени сумел сломать и новый велосипед. За младшенького вступилась мать, но отец вмешался и еще добавил постреленку, в общем, разразился семейный скандал. Они его надолго запомнили. Утром Филипу не на чем было добираться до работы, вот и пришлось отцу подбросить его в своем фургоне.