Средь тяжкого труда и скорби [СИ]

Конечно, это так. Он с наслаждением вдохнул пар, затем с удовольствием глотнул почти обжигающую жидкость. И когда мы особенно молоды и глупы, мы действительно так думаем. К счастью, я уже не молод. Полагаю, что вердикт по другому качеству еще не вынесен.

— Спасибо, ваша светлость, — сказал он с медленным, резким акцентом горца Рэйвенсленда, опустил кружку и посмотрел поверх нее на герцога Истшера. — Сегодня на редкость неприятный день, чтобы увериться в этом.

— Да, это так, — согласился Истшер, откидываясь на спинку своего кресла по другую сторону камина и рассматривая своего гостя.

Тобис был обветренным мужчиной лет сорока пяти, с темными волосами и глазами. Некоторые люди, возможно, позволили бы его захудалой внешности ввести их в заблуждение, заставив упустить ум в этих темных глазах, но Истшер лучше знал своих лордов Рэйвенсленда. Он узнал золотые кольца и красный кончик единственного вороньего пера в косе воина Тобиса. Они указывали, что он завоевал свой статус воина крыла более чем на одном поле битвы, и он был старшим крыла — и близким родственником — Филипа Жаксина, лорда Тейрвалда, который был выбран советом лордов кланов, чтобы говорить от их имени в любых дискуссиях с Чисхолмом. Тот факт, что Тейрвалд послал Тобиса, был доказательством того, что совет принял решение.

Тобис огляделся, изучая герцога с таким же вниманием. Он слышал много историй об Истшере, и никто из тех, кто когда-либо имел дело с королевской чисхолмской армией, вряд ли отнесся бы легкомысленно к ее командующему. Тем не менее, ему понравилось то, что он увидел в ровном отношении герцога. Во всяком случае, на лицах других жителей равнин не было и следа презрения, которое он видел, и он позволил себе мысленно удовлетворенно кивнуть, прежде чем снова обратить внимание на окружающую обстановку, ожидая, пока герцог закончит свои собственные оценки и перейдет к делу.

Промежуточный форт разместил свой гарнизон в относительном комфорте, но он был обставлен просто, без излишеств или чего-либо, что отдавало роскошью. Массивные деревянные балки над головой потемнели от десятилетий древесного и торфяного дыма, и, поскольку ветер гнал густые завесы мокрого снега и дождя по верхушкам дымоходов, время от времени от огня, излучающего тепло, в реквизированный офис командующего фортом ползли струйки свежего дыма, чтобы добавить свою лепту к этой патине. Северный дневной свет уже померк, тяжелая облачность превратила вечер во что-то более похожее на полночь, чем на поздний день, и в свете лампы поблескивали бутылки с виски и стаканы на маленьком приставном столике, время от времени отбрасывая более сильные отблески, когда огонь в камине разгорался посильнее. Тобис прекрасно видел эти бутылки, но этикет лордов Рэйвенсленда требовал, чтобы виски не предлагали до тех пор, пока не будет закончено серьезное дело.

В конце концов, — размышлял воин крыла, — не годится же нам напиваться и отдавать ключи от замка лорда клана, не так ли? И члены клана есть члены клана, не так ли?