Полководец улицы. Повесть о Ене Ландлере

Неужто после сегодняшнего инцидента в кафе он не может никак успокоиться? Волнуется, терзаясь мучительными подозрениями, что мрачный субъект, которого утром он видел в окно кафе «Лаудон» в обществе венгерских сыщиков, кто-то из подпольщиков, членов партии.

— Скажите, ради бога, товарищ Штромфелд, — неожиданно вырвалось у него, — вы уверены, что никто не следил за вами по дороге сюда?

Штромфелд был абсолютно уверен, потому что вчера, когда по приезде в Вену он вышел из вокзального здания, за ним увязался какой-то подозрительный тип, от которого ему удалось быстро отделаться, и с тех пор он держит ухо востро. Ландлер вздохнул с облегчением, так как вчерашний сыщик, по описанию Ауреля, не был похож ни на одного из тех, кого он видел утром в окно кафе.

Посмотрев на часы, Ландлер встал: через пять минут ему надо идти.

— Нас не должны видеть вместе. После того как я уйду, подождите хотя бы минут десять и потом идите по улице направо, а я пойду налево. А пока побеседуйте с товарищем Лукачем.

Он знал, о чем пойдет речь. Заранее попросил своего соседа сообщить Штромфелду приятную новость: Центральный комитет вскоре вручит ему орден, награду русского полководца Фрунзе, который в 1920 году услышал от приехавшего в Россию Белы Куна, что во время Северной кампании Штромфелд разбил наголову генерала Пелле, ставшего потом в Крыму военным советником Врангеля. Штромфелд сидел в тюрьме, и награду передать ему не могли.

Стоя навытяжку, бывший начальник генштаба попрощался с Ландлером, который подумал с юмором и с некоторой досадой: «Он бы еще и честь отдал… Замечательный человек, но не слишком ли много в нем романтизма? В подпольной работе нет ничего опасней романтизма, я и так сыт по горло пылкими романтиками». Вдруг ему в голову пришла одна мысль.

— Товарищ Штромфелд, послезавтра вы встретитесь с венскими членами Центрального комитета, — сказал он. — Следовательно, завтра вы свободны. Найдите Вилмоша Бёма, который вместе с Кунфи и Велтнером продолжает здесь центристскую деятельность. И придите к нему с теми же словами, что и ко мне. — Заметив, что лицо Штромфелда посуровело, он повторил: — Да, с теми же словами! А почему бы и нет? Разве он не был при вас главнокомандующим? Бём будет очень доволен. Он, конечно, зайдет ко мне похвастаться. Меня он часто навещает и уверяет неизменно, что прощает мне мои беспощадные статьи против центристов, что я истинный коммунист и так далее. Напрасно я твержу в ответ, что не прощаю и не прощу ему ничего. Но его визиты полезны. Мы обмениваемся новостями. Вы знаете, конечно, что в Венгрии центристы из социал-демократической партии и профсоюзов ведут активную оппозиционную борьбу. В этом мы можем сотрудничать с ними, хотя их основная цель — на место явного предателя Пейера посадить Тарами, который подготовит возвращение на родину центристов-эмигрантов. Но учтите, венгерским властям известно о деятельности центристов. А поскольку правительство Бетлена[34] стало бояться Пейера с тех пор, как он примкнул к либеральной буржуазной оппозиции, полиция Хорти теперь считает, что придерживаться линии Бёма — простительный грех. Если венгерская полиция от своих доносчиков узнала о вашем приезде в Вену, то, несомненно, подозревает, что вы приехали из политических соображений. Пусть она думает, что вы поддерживаете связь с Бёмом.