Воспитанница института для благородных девиц [Ознакомительный фрагмент]

А в прошлом месяце, когда мы спорили о сумме очередной расписки, и мачеха в пылу перепалки вновь пригрозила выгнать меня из дому, я в ответ прикрикнула, что сама уйду и обращусь в городской попечительский совет. Мегера сразу притихла и уступила.

Но это только с течением времени я осмелела, потому, как освоилась, и понемногу всё больше узнавала о жизни вне ограничивающих и защищающих стен, будь то институтский забор или ограда резиденции правящего дракона.

Поначалу было так страшно оказаться один на один с этим миром! Чувствовала себя маленьким беспомощным щенком, которого бросили в холодную чёрную реку — гребла лапками, барахталась, внезапно оказавшись совсем одна. Как ни крути, а мачеха и брат с сестрой — моя единственная семья! И дом, в котором я живу и о котором сейчас старательно забочусь — это мой родной дом!

Только теперь я понимаю, что у нас в институте был свой отдельный мир, совсем непохожий на окружающий, настоящий. Чтобы воспитанницы были удобными и приятными для драконов, нас развивали, учили этикету, танцам, домоводству, а также математике и прочим наукам, но не тому, как торговаться на рынке, кому и насколько стоит доверять при первом знакомстве, как жить и ладить с роднёй, в семье и в своём доме и многому-многому другому.

Да, и место гувернантки наследного принца было лишь роскошным подобием такой же жизни, как в институте — отрезанной от большого мира. Я жила во дворце на всём готовом, крайне редко и ненадолго покидая его, практически всё время проводя с ребёнком, а из взрослых чаще всего общаясь с всё теми же институтками, которые тоже были гувернантками принца Артура.

Артур… Иногда, с грустью думаю о моём маленьком воспитаннике. Помнит ли он меня? После дня рождения дракончика, который мы так незабываемо отметили в заснеженном саду, наследный принц приходил к сыну почти каждый день и уделял ему своё время. К лету малыш подрос, стал разговорчив, игрив и уже не был так одинок, как тогда, когда я его впервые увидела. Он маленький и быстро меня забудет. А я скучаю по нему…

И по Зорию скучаю… Помнит ли меня ещё младший принц? Спрашивал ли обо мне, когда прилетал домой? Наверное, да… И что ему рассказали? Когда думаю об этом, становится невыносимо стыдно! И думаю: «даже хорошо, что больше никогда его не увижу!». Хорошо, что мне никогда не нужно будет смотреть в глаза Зорию, после того, как мои обнажённые груди и непотребный вид собственными глазами наблюдали около двух десятков человек. А уж не осуждал меня за каждым углом, наверное, только немой. Бррр… Надо постараться забыть! Мне даже стыдно написать письма подругам и Майе. До них уже, наверняка, докатились сплетни о произошедшем со мной в летней резиденции правителя. Такая бесстыжая знакомая, как я, для благородных девушек только позор!

А этой ночью мне все они приснились: Майя, Лиза, Ангелина, Лола, Вольдемар с Арнольдом и Зорий. Видимо, как я не старалась предотвратить болезнь, у меня всё же поднялась высокая температура. И в горячечном бреду меня навестили все: правящая семья драконов, мои подруги и учителя из института для благородных девиц.