Сказка без чудес

Он бродил по многочисленным комнатам, рассматривал бесценные, судя по всему, но, увы, не принадлежащие ему безделушки в шкафах, буфетах и «горках», часами просиживал в библиотеке, листая толстенные фолианты дореволюционных изданий, но вчитаться не мог. Его напрягали, отвлекая внимание, бесчисленные «яти» и «еры», разбросанные по тексту, раздражали старорежимные обороты речи, и потому он рассматривал в основном чёрно-белые иллюстрации, выполненные канувшими в вечность художниками и гравёрами.

Порой он прогуливался по территории усадьбы, захаживал на «задний двор», на огород, заглядывал в хозяйственные постройки, обозревая содержащуюся там, блеющую, хрюкающую и кудахчущую живность, но в лес носа не казал. Во-первых, боялся опять заблудиться, а во-вторых, не очень-то и нравился ему этот лес.

Прямые, как телеграфные столбы, и столь же однообразные сосны, колючий слой рыжей хвои под ногами, звенящая, угрюмая какая-то тишина… А ещё мошкара надоедливая, комары, мухи, пикирующие остервенело на вспотевшее от жары тело кровожадные слепни…

Комфорт в помещичьем доме тоже, можно сказать, минимальный. Водопровода, канализации нет. Туалет на улице. Ладно, летом, а как быть зимой? Ночью, в темноте, в лютый холод, пробираться по колено в сугробах, если приспичит «до ветру»? Или освоить-таки эмалированный горшок с похабным глазом на дне, и кочевать в обнимку с ним из спальной в наружный сортир по утрам?

В здешней баньке Дымокуров тоже успел помыться. Тёрся жёсткой мочалкой, примостившись на деревянной лавке и брезгливо поджимая ноги, стараясь не касаться затоптанного пола, по которому неизвестно ещё кто до него шлёпал босиком. Лил себе на голову горячую воду из помятого алюминиевого ковшика, держа его одной рукой, а другой безуспешно пытаясь промыть намыленные остатки шевелюры… Теснота, дикость, каменный век! В таких условиях о ванной и душе можно только мечтать!

В доме не было даже проводного радио, а ламповый телевизор, стоявший в библиотеке на антикварной, примерно одного с ним возраста тумбочке и накрытый от пыли старомодной кружевной салфеткой, похоже, никогда не включали.

Глеб Сергеевич пожалел, что не прихватил с собой ноутбук с флешкой для подключения мобильного интернета — хоть какая-то связь с цивилизацией, возможность быть в курсе всех мировых новостей, но что о том теперь сожалеть? Да и неизвестно ещё, есть ли здесь, в бору, сотовая связь? По крайней мере, на территории имения айфон отставного чиновника неизменно извещал об отсутствии сигнала.

Тем не менее, о том, что происходит на «большой земле» обитатели усадьбы всё-таки каким-то образом узнавали.

В один из тягучих, наполненных однообразным унынием, которое чуть скрашивало чтение очередного тома из полного собрания дореволюционного издания сочинений Вальтера Скотта, вечеров, в библиотеку, где Дымокуров расположился возле настольной лампы на мягком диванчике, вошла, как всегда не по-стариковски, стремительным и размашистым шагом Василиса Митрофановна.