Ловушка для Инквизитора

Китти тоже замерла, вслушиваясь в далекий голос.

- Она приказывает, - медленно произнесла Китти, - демонам. Она велит им не трогать отца! Но демоны ее не слушаются!

- Почему? - спросил Густав. - Потому что не имеет права ими командовать?

Китти тряхнула кудрями:

- Нет. Потому что она не верит, что имеет право им приказывать. Они чуют ее слабину, и потому не слушаются ее… как паршивые псы!

Китти вслушалась в далекий голос Софи, особенно в слово, которое отчаявшаяся ведьма повторяла снова и снова, и, наконец, поняла, что она кричит.

- Сейчас мы вселим в нее уверенность, - произнесла Китти. Она сложила рупором ладони, набрала в грудь побольше воздуху и что есть силы выкрикнула:

- Слуги ковена Синего Дуба! Submittere! К ноге, поганые шавки!

В ее голосе было столько злости, что слова, которые она выкрикивала,  прокатились по темному небу громом, и повторились магическими огненными вспышками, молниями, выписавшими в чернильной темноте буквы заветного слова.

Софи далеко впереди выкрикнула, радостная, что магия ее услышала. И еще дальше, где-то совсем далеко, смолкли звонкие удары оружия. Демоны, рыча и скуля, отступили; это было совершенно ясно. Но свою добычу они забрали с собой. Это было совершенно ясно. Китти и Густав совершенно отчетливо услышали, как защелкнулся далекий капкан.

- Папа! - закричала Китти, теряя самообладание. - Да как же они смогли!? Они заманили его, заманили!

- Тогда скорее идем, - скомандовал Густав. - Я понял. Ты смогла открыть портал - можешь и ловушку вспороть. Так?

Китти, смахивая с ресниц слезы, только кивнула головой.

- Да, - всхлипнула она. - Нет такой вещи, которую я не смогла бы распороть…

***

Лиц демонов Тристан не видел; они были скрыты мраком. Но в неясно призрачном свете Хрустального моста он отчетливо разглядел силуэты обоих нападающих - сначала того, что назывался Стиром, а немного погодя к нему присоединился и Эбигейл.

Волосы всех троих трепал ветер, вырвавшийся из преисподней.

«Кто-то сегодня отправится туда навсегда?» - подумал Тристан, привычно сжимая рукоять меча. Но ничего такого вслух он не сказал. Губы его дрогнули в усмешке, он отступил, выбирая себе удобную позицию.

- Ба-а, - насмешливо потянул он. - Бестолковые братья-близнецы, Стир и… Эбигейл! Нет, не делай такого лица, я не напомню тебе твое истинное имя, даже по ошибке. Это равно прощению, а прощение еще надо заслужить. Даже не удивлен, что именно вас тут встретил; ни на что доброе вы не годитесь. Один бы оставлен охранять чужое добро и бросил свой пост… из ревности? Можешь не отвечать. Я чую, как злобненько трясутся твои поджилки, мелкий, завистливый и трусливый пакостник Эбигейл. Женское имя пометило тебя как клеймо. Это надо ж было - загреметь в ад за убийство ведьмы! Ты трусливо подкрался к ней сзади?

- Я подошел к ней спереди, - рыкнул демон, разозленный издевательствами Тристана, - и вырвал в бою у нее глаза!

- Как это смело, - хмыкнул Тристан. - А ты, Стир? Небеса пресвятые, я был тут, когда хозяйка позвала тебя. Ты подчиняешься… кукле?! Надо же так низко пасть! Я всем расскажу, видит бог. И все посмеются над тобой. Стоило ли совершать великие и ужасные вещи, чтоб стать бессмертным злом… и служить вещи?