Новый мир. Книга 3: Пробуждение
- Автор: Забудский Владимир
- Серия: Новый мир (Забудский) #5
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Фэнтези
Электронная книга - «Новый мир. Книга 3: Пробуждение». Краткое содержание книги:
— Мистер Сандерс, если вы слышите мой голос — пожалуйста, моргните, — терпеливо повторял мне заботливый мужской голос, принадлежащий, наверное, акушеру. — Вы меня слышите, мистер Сандерс?
— На МРТ головного мозга, — распорядился другой мужской голос после томительного ожидания. — Надо посмотреть, как функционирует его мозг.
Мгновение спустя реальность исчезла. Возвращалась она периодически, клочками, вместе с ослепительными вспышками боли. Я все еще плохо слышал голоса, раздающиеся прямо надо мной, и ничего не видел. Но уже чувствовал — мучительную, невыносимую боль, которая никак не желала прекращаться. Это была уже не та боль, что преследовала меня в кошмарах — эта была вполне осязаемой, физической и приземленной.
Невидимые демоны изощренно истязали меня. Они окунали мое истерзанное тело в какую-то зловонную жижу. Они растягивали меня на голгофе, причиняя немыслимые страдания бедной спине. Они резали меня, кромсали, выворачивали, вставляли посторонние предметы мне в тело. Они никак не желали успокоиться.
«Пожалуйста, перестаньте», — обращался я к своим мучителям мысленно, еще даже не вполне понимая, кто этот «я». — «Я уже натерпелся. Я больше не хочу. Позвольте мне наконец спокойно умереть». Но они не слышали меня. Даже больше того — они, похоже, думали, что я нуждаюсь в том, что они со мной делают.
— Ты слышишь меня? Слышишь, слышишь, я знаю, — шептал мне на ухо какой-то мужской голос. — Не смей умирать, дорогой! Слишком долго мы боролись, чтобы теперь сдаваться. Знаю, тебе сейчас несладко. Но ты должен быть сильным.
— Думаете, он понимает вас? — это был уже другой, миленький женский голосок, приятно ласкающий уши.
— Безусловно, понимает, Ульрика. Вот, посмотри внимательно на эту диаграмму. Видишь, как его мозг реагирует на наши слова?
— Вау! Надо же. И на мои тоже! — обрадовалась девушка.
— Да уж, действительно интересный случай! Я бы даже сказал — уникальный! — это был уже третий голос, тоже мужской, более ровный и безразличный, нежели первый. — Я бы на твоем месте тщательно документировал каждое свое наблюдение, Перельман. Научная ценность и новизна этих наблюдений хотя бы частично оправдает воистину колоссальные средства, затраченные на поддержание его биологической жизни. Мы, конечно, имели возможность протестировать немало экспериментального оборудования и новых препаратов, это плюс. Но все равно я, как главврач, давно распорядился бы свернуть этот ресурсозатратный проект, если бы не…
— Для меня это прежде всего пациент, а не «интересный случай» или «проект», доктор Андерсон, — сдержанно ответил первый голос. — И я занимаюсь им не из научного интереса и не ради эксперимента. Этот человек нуждается в нашей помощи.
— Да ладно тебе, — скептически отозвался человек с фамилией Андерсон. — Этот человек, если бы он был в состоянии говорить или хотя бы ясно мыслить, попросил бы об эвтаназии. Ты же понимаешь, каков по нему прогноз.
— Мы не знаем этого, — решительно возразил собеседник. — Удивительно, но мозг пациента серьезно не поврежден. Я убежден, что он еще способен на частичное восстановление.
— Ты, как всегда, безнадежный оптимист, Перельман. Что ж, удачи тебе.
— Спасибо. Так, Ульрика, вези его на терапию, живо!
§ 41
Не знаю, много ли времени прошло, прежде чем зрение частично ко мне вернулось. Изображение передо мной было мутное, неясное, словно я смотрел из-под воды. Какие-то мрачные тени перемещались надо мной, издавая приглушенные звуки.
Зрачок очень быстро сушился и начинает зудеть. Я пытался моргнуть, чтобы ополоснуть глазное яблоко живительными слезами, прекратить этот нестерпимый зуд. Но мне не удавалось. Глаз все продолжал резаться, и невыносимо щипал, но я ничего не мог с ним поделать — должно быть, черти изобрели для меня новое мучение.
Я пытался произнести какое-то слово или проклятье, но вместо этого лишь неясно булькал сквозь кислородную маску. В этот момент, впервые за все время, я осознал себя как живого человека. Но это осознание не принесло ничего, кроме новых страданий.
Прежде всего я почувствовал, как пересохла моя ротовая полость и гортань — кажется, там не было ни капли воды целое столетие. Затем я ощутил, как сильно болит моя спина. Следом подлые нервные окончания донесли ощущение того, что осталось от моей правой ноги, подвешенной ныне на специальной подвязке — мерзопакостнейшее чувство в мире. Я чувствовал, как сопревшую, бледную, дряблую кожу покрывает густой слой многодневного липкого пота. Я чувствовал, как ноют атрофированные, слабые мышцы, накачанные молочной кислотой. Я чувствовал десятки катетеров, впившихся в мое тело. Я чувствовал резь в желудке, колики в почках, неровный стук крови в висках — полный набор «радостных» ощущений жизни.