Отрави меня собой

Раздался стук в дверь. Маша с радостным воплем, в котором так и сквозило облегчение, понеслась вперед открывать.

— Дамы, опаздывать не красиво, — раздался густой голос Лаврова, заставивший волнительные мурашки побежать по позвоночнику Ольги.

— Оля тор-мо-зит! — при этом Маша умышленно растянула последнее слово, явно потешаясь над сестрой.

— Ты отлично выглядишь, принцесса! — мягко сказал Лавров, и до слуха Оли долетел звук, характерный, когда кого-то чмокнули в щеку и чье-то довольное урчание.

— Спасибо!

— Медведева! Где ты там? Не спрячешься, я тебя все равно отыщу, — весело громыхнул мажор.

Оля вздрогнула и чертыхнулась про себя. Ну, что она, как пятнадцатилетняя школьница, в самом деле?! Расправила плечи, сунула смартфон в клатч, схватила ключи от номера и вышла к воркующей парочке. Они одновременно повернули головы в ее сторону. Девушка окинула взглядом крепкую фигуру Лаврова, затянутую в темно-синий костюм и белоснежную рубашку, и поняла, что больше сопротивляться своим желаниям она не в силах. Проглотив вязкую слюну, Оля приподняла подбородок и несмело улыбнулась Артёму. Он, как всегда, был неотразим и уверен в себе. Всего на мгновение на его лице отразилось замешательство, и девушка подумала, будто ей померещилось.

Сказать, что он потерял дар речи — ничего не сказать. Он обомлел, и сердце его начало отбивать в груди чечетку. Такой ослепительно яркой и красивой Ольга Медведева — эта заноза, его личная отрава — никогда не выглядела. Женственная, лучащаяся каким-то внутренним светом, она затмила всех и вся. У него даже язык прилип нёбу. Он таращился на девушку, которую до ломоты во всех мышцах жаждал заключить в свои объятия и целовать ее губы. Хотел сделать ее только своей и скрыть от посторонних глаз. Смотреть на нее, любить ее должен был лишь он один. Медведева, не моргнув глазом, окунула его безумную пучину страстного жаркого желания. С трудом выйдя из ступора, Артём выпрямился и протянул Ольге руки. Щеки ее слегка покраснели, и она вложила свои пальцы в его ладони.

— Ты выглядишь… потрясающе, Оля, — выдохнул он.

— Спасибо, Тёма, — улыбнулась она. — Ты тоже.

Когда спустились вниз, веселый гул стоял в вестибюле, где их встретила нарядная толпа гостей. Аркадий, Алевтина и Виктор взволнованно топтались неподалеку. При появлении Маши, Витя сразу взял ее под свою опеку, положив ее руку на изгиб своего локтя, чем вызвал улыбку у деда и Артёма.

— А почему мы здесь стоим? — спросила Оля у Алевтины.

— Ждем. Сейчас будут говорить речь, — женщина понизила голос до шепота, — и ходят слухи о каком-то сюрпризе.