Электронная книга - «Девочка для Беса». Краткое содержание книги:
Губы задрожали, будто меня вышвырнули куда-то в поле, где температура минус сорок и воет нещадный ветер. Кира умела вскрывать потаённые закоулки в моей душе. Взгляды, тихие протесты, жаркие стоны, нежные прикосновения, радостные улыбки – всё это меня наполняло настоящей жизненной энергией, которую я не знал прежде. Кира вошла в мою кровь незаметно. Маленькая хрупкая девочка, которая попалась в руки Бесу.
Медленно выдохнув, я подошел к кровати. Боялся даже прикоснуться к узкому бледному запястью. Немой вой вырвался из глубин грудной клетки, и я просто упал на колени, спрятав лицо в руках.
Вдох-выдох… Вдох-выдох… Я лежал на кровати, раскинув руки и ноги в разные стороны. Пялился в высокий потолок и всё еще не мог понять, жив ли я или уже мертв. Вдох-выдох… Глаза медленно закрываются, и я снова вижу лицо Киры. Оно хмурое, оно несчастное, оно потерянное. Прошла неделя, еще одна после того, как нам уже было разрешено поговорить. В основном говорил я, потому что та боль, то дикое давление совести и вины могли выплеснуться только через слова. Моя тирада была долгой и где-то даже сбивчивой. Я мысленно ругал себя за то, что не могу немного приостановиться, надо было говорить медленней. Кира не сказала почти ничего. Просто смотрела в окно, и я видел слезинки, что скользили у нее по щекам.
Не было ни обвинений, ни проклятий в мою сторону и это убивало лишь сильней. Кира хранила мудрое молчание, но я видел в ее глаза ту бесконечную бездну боли, от которой становилось по-настоящему жутко. Что мы оба имели в сухом остатке? Ничего. Погибшего ребенка. Погибшую помощницу и подругу. Погибшего молодого охранника. Погибшую нашу совместную жизнь. Это был конец для нас, как для супружеской пары.
Вдох-выдох… Каждый раз, когда порция воздуха проникала в мое тело на моих ресницах возникала влага. Я ненавидел себя за это. Всё должно было закончиться иначе. В моей жизни случались различные трудные ситуации, но эта… У каждого из нас есть предел. Каким бы сильным и непоколебимым ни выглядел человек снаружи, у него всё равно есть уязвимое место, которое он старается усердно маскировать. Моим уязвимым место была семья и именно туда угодила месть врага. Почва выбита из-под ног.
Вдох-выдох… Я снова глянул на потолок, отчётливо слыша в своей голове краткий безапелляционный вердикт Киры на все мои слова. Она просто сказала «уйди». И как иронично получается, ведь это я раньше раздавал всем приказы, навязывал свою точку зрения, пресекал любую дискуссию. Теперь это сыграло против меня.
Я пришел на следующий день, но услышал тот же ответ. И на следующий, и на следующий… Всё ускользало и рушилось прямо у меня на глазах. А я, привыкший всё контролировать и реабилитировать, теперь загибался на руинах собственной жизни. Когда собрался вновь прийти к Кире, меня не пустил врач, передав ее просьбу, больше никогда не впускать к ней. Хлёстко. Жестко. По справедливости.
Единственное, чего я сумел добиться, оплатить весь курс лечения для Киры. Сделал всё таким образом, что отказать уже никак не получиться, ведь сумма внесена и отозвать ее никак нельзя.
Вдох-выдох… Я попросил Бориса, именно попросил, а не приказал ему, учитывая, что он глава моей службы безопасности, чтобы проследил за Кирой. Да, я на правах мужа мог бы с лёгкостью вернуть свою жену в дом, но достаточно уже принуждения. Запретная черта перейдена.
Доктор докладывал мне о состоянии здоровья Киры и это утешало меня. Хотя, что тут уже утешаться? Все дела и заботы бизнеса я свалил на своих помощников, замкнувшись в резиденции будто отшельник. Выполз однажды из своего убежища только, чтобы посетить похороны Ирины. Никого не было, кроме меня. Всегда такая одинокая и верная Ирина, на которую я мог положиться, теперь навсегда исчезла. Речи о том, чтобы отдать ее сына-сироту в руки служб, которые занимаются подобными вопросами, даже не могло существовать. Мои заместители быстро решили эту ситуацию и теперь под моей официальной опекой находилась не только Мелек, но и Илья. Это самое малое, что я сумел сделать для мальчика и для его покойной матери.
Вдох-выдох… Я сидел на полу в своем кабинете и пил виски. Я не жалел себя, не сетовал на судьбу. Просто пил, глушил в алкоголе боль разорванной души и кричал… Кричал до хрипоты, до боли, до дрожи, до невозможности.
Вдох-выдох… Несколько ночей подряд ходил кругами у больницы. Злился и ненавидел. Всё происходило, будто в каком-то отравленном полумраке. Ответный удар по врагу был нанесен, но я не ощутил ожидаемого кровожадного удовольствия. Сухая пустота.
Настал день выписки. К этому моменту я уже успел забрать детей из лагеря и перевезти их в загородный дом. Один из самых сложнейших разговоров с Ильей еще не состоялся. Киру приехали встречать ее дядя и, конечно же, подруга. Я стоял у машины, напряженно рассматривал худую фигуру Киры. Она и так никогда не была крупной, а сейчас – одна сплошная тень. Что может быть хуже чувства беспомощности?