Японские народные сказки: Десять вечеров [с иллюстрациями]
- Автор: неизвестен Автор
- Год: 1991
- Язык: русский
- Год: «Художественная литература»
- ISBN: 5-280-01829-5
- Переводчик: Вера Николаевна Маркова
- Жанр: Древневосточная литература
Электронная книга - «Японские народные сказки: Десять вечеров [с иллюстрациями]». Краткое содержание книги:
Перевод, составление, предисловие и комментарии В. Марковой.
Оформление художника Г. Клодта.
Услышав эти слова, мачеха отвернулась в сторону, чтобы скрыть злорадный смех.
О жалость! Злая мачеха сорвала с Хатикадзуки ее наряд, надела на девушку одно тонкое холщовое платье, а потом вывела ее на перекресток дорог посреди поля, да там и оставила.
«Как жесток наш мир!» — печалилась бедняжка, не зная, куда ей теперь идти. И чудилось ей, будто блуждает она ночью в глубоком мраке. Что могла она? Только лить слезы…
Спустя немного времени она сказала:
И с этими словами она пошла куда глаза глядят, не выбирая дороги, пока наконец не достигла берега широкой реки.
«Чем блуждать без пути и цели, — подумала Хатикадзуки, — лучше мне броситься в воду, тогда я соединюсь с моей дорогой матушкой». Но поглядела она в быстрые воды реки, и ее юное сердце содрогнулось.
«Как сильно волны бьются о берег! — подумала девушка. — Как белая река кипит на перекатах! Куда ни глянешь — вода так страшна. Что же мне делать?»
Однако, вспомнив о своей матушке, вдруг решилась она уйти из мира, но, прежде чем броситься в бурные воды, сложила такие стихи:
Кинулась она в реку, но деревянная чаша не позволила ей погрузиться в воду с головой. Поплыла девушка по течению.
Рыбаки на лодке заметили ее:
_ — Смотрите, плывет большая чаша! Ловите ее!
Схватились они за чашу, потянули, вытащили ее из воды, смотрят — да это человек с чашей вместо головы! Рыбаки испугались:
— Ой, что это! Что за диво такое? — И в страхе бросили девушку на берегу. Через некоторое время она очнулась, встала с земли и воскликнула:
Оглянулась, кругом все пусто, ни живой души, а куда идти, неизвестно. Наконец поневоле побрела она куда ноги несут и вышла к людскому селению.
Крестьяне, увидев ее, зашумели:
— Что это за урод такой? Вместо головы — деревянная чаша, а руки-ноги человечьи. Видно, старая чаша стала оборотнем.
Иные в страхе показывали на нее пальцем, другие потешались, а нашлись и такие, которые говорили:
— Ну и пускай оборотень!
Зато поглядите, какие у него руки и ноги красивые.
А надо сказать, что теми местами ведал правитель по имени Ямака́гэ-но са́мми-тю́дзё[110]. Как раз в это время прогуливался он по веранде своего дома. Залюбовавшись цветущими деревьями, правитель остановился в задумчивости:
«Что прекраснее весеннего, вечера! Показать бы сейчас своей любимой, как горят огни в далеких селениях, где жгут чернобыльник, чтобы отогнать москитов, как стелются прозрачные дымки по самому краю неба!..»
Вдруг видит он: на дороге показалась девушка с чашей на голове.
— Эй, позовите-ка ее сюда! — приказал правитель.
Слуги бегом отправились выполнять приказ господина и привели к нему Хатикадзуки.
— Откуда ты родом и кто ты такая? — спросил правитель.
— Родилась я в Катано, — ответила Хатикадзуки. — Рано лишилась матери я и печалюсь о ней безмерно. Постигло меня и другое горе. По воле судьбы стала я неслыханным уродом, всем на свете я противна. Дошла я без пути и цели до берега Нанива, а отсюда пойду куда ноги меня несут, сама не знаю куда.
Стало правителю жаль девушку, и приказал он снять с ее головы чашу. Но не тут-то было! Крепко чаша приросла к голове. Как ни бились слуги, не могли и на волос ее сдвинуть. Глядели на это люди и посмеивались:
— Откуда только взялось такое страшилище!
— Куда же ты направишь теперь свой путь, Хатикадзуки? — спросил девушку господин тюдзё.
— Некуда мне идти, — ответила она, — потеряла я свою добрую мать, стала пугалом для людей, все боятся и взглянуть на меня, все гнушаются мной, а пожалеть меня некому.
— Ну что же, я думаю, что занятно иметь у себя в доме такое удивительное существо, — сказал господин тюдзё и решил оставить девушку у себя в услужении.
— В чем твое мастерство? Чему ты обучена? — спросил он ее.
110
Ямакагэ — фамилия; самми-тюдзё — звание: военачальник императорской гвардии третьего ранга. В старинной Японии было в обычае называть человека по его титулу.