Михаил Катков. Молодые годы

Диссертация Грановского была во многом данью скептическому направлению. Его работа аргументировала необходимость подвергать исторические источники тщательной критике[383]. Диспут превратился в триумф Грановского. Его встречали и сопровождали аплодисментами, а высказывания оппонентов, Шевырёва и Бодянского, тонули в топанье, шиканье и шуме. Всегда скептичный Хомяков писал, что Бодянский и Шевырёв «попали впросак», но и «Грановский защищался слабо»[384]. Вместо торжества науки вышла демонстрация, для которой работа Грановского была лишь поводом. Это осознавали и Грановский, и граф Строганов, который присутствовал на диспуте. Однако тот проявил мудрость и воздержался от окриков и замечаний студентам. Лишь после он вызвал по два представителя от каждой группы студенчества и объяснил им, почему считает такое поведение неподобающим[385]. «Вечером, — вспоминал Хомяков, — Герцен потирал руки и говорил у Васильчиковых: „Les Slavs sont battus“»[386].

Прошло около двух лет после возвращения Каткова в Москву, но как сильно изменились отношения западников и славянофилов. Грановский пытался получить разрешение на издание журнала западнического направления, но потерпел неудачу. Киреевский вступил в редакторство «Москвитяниным», но разногласия с Погодиным заставили его совсем скоро оставить это предприятие.

В том же 1845 году диссертация Каткова была окончена и опубликована в типографии Московского университета. Накануне диспута все желающие могли с ней ознакомиться. Отзывы на диссертацию поместили и ведущие толстые журналы — «Отечественные записки», «Современник», «Москвитянин».

В заголовке значилось: «Об элементах и формах славянорусского языка». Термин «славянорусский» Катков использовал в том смысле, в каком употреблял его еще Ломоносов, подчеркивая место русского языка в славянской семье, а славянских языков — в числе иных индоевропейских языков. Во вступлении он указывал, что намерен придерживаться в исследовании историко-сравнительного метода, которому, несомненно, был обязан Якобу Гримму. Они познакомились в Германии, где Катков начал, а по возращении в Россию продолжил внимательно изучать новейшие труды Гримма: «Немецкую грамматику», введение к переведенной Гриммом «Грамматике сербского языка» Вука С. Караджича и другие. Задачей было поставлено выявление путей обособления древнерусского языка из славянской семьи[387].

Первая часть диссертации, «Об элементах», была посвящена фонетическому строю русского языка, прослеживаемому автором в сравнении с иными языками индоевропейской семьи (санскритом) и славянскими языками (сербским, чешским). Рецензент «Отечественных записок» особо отметил «любопытнейшие» выводы Каткова об ударении. В современном ему русском языке ударение и долгота гласных («протяжение») совпадали. Однако так было не всегда, полагал Катков. В древних славянских языках долгота и краткость гласных различались, в дальнейшем между этими началами велась борьба. Исследование других славянских языков показывало, что в некоторых, например чешском языке, сохранились различия в долготе и краткости гласных, в других, как в польском, — долгота совпадала с ударением.