Отныне и в Вечность

– Тебе будет меня недоставать, – сказала она тихо.

Фетмен молчал. Разговор назревал с самого Брандисова отъезда, разговор был неизбежен, он был, в общем-то, к нему готов, хотя и старался насколько возможно оттянуть.

– Говорят, принцесса Свена очень красива. И она девственница. Так что твоему Малышу предстоит искупаться в девичьей крови. Лестно?..

Фетмен молчал.

– Конечно, лестно, – она покивала головой. – Вы, мужики, относитесь к этому слишком уж серьезно, не то, что мы, женщины. Странно… я вот своего первого практически и не помню. Знаю только, что надоела мне уже тогда моя девственность горше горькой редьки. Была ночь, была луна и был стог сена на берегу Луары. Ночь я помню. И помню луну. Даже запах сена помню. А вот его толком не помню. Было ли мне хорошо? Наверное, было. Даже наверняка. Но я не помню крови. А ведь она должна была быть. И я должна была отмывать ее потом со своих ног, правильно? Я же специально привела его тогда к стогу именно на берегу реки. Понимала, что мне после всего вода понадобится.

Фетмен молчал.

– Сэр Брандис поехал ее встречать, правильно? От твоего имени. Он привезет ее сюда, и будет свадьба, и ты станешь королем Свенланда. И ты почему-то думаешь, что в той твоей новой жизни для меня не будет места. Правильно?

Фетмен молчал.

– Так вот. Это совсем не правильно, в смысле – неверно, потому что ты не понимаешь, кто ты есть для любой здешней женщины, любой! Во дворце ничего ни от кого не скроешь, тут все обо всех все знают. И все знают, что ты всегда расплачиваешься. Щедро. Ты не жлоб, ты не шаромыжник, и у тебя так не бывает, чтобы оказанная услуга не оплачивалась. И поэтому я твоя. Ты пойми, что я – вся твоя. От и до. Если уж мне посчастливилось под тебя пристроиться, так я хочу, чтобы тебе на мне было комфортнее, чем на любой другой. Сначала ты будешь наслаждаться молодой женой, которая девственница и все такое. Но! Вот то-то и оно, что но! Она прин-цес-са! Плевать ей на плотские радости мужика. И дело не только в том, что она никогда не примет тебя вот здесь и здесь, и никогда не выдоит тебя всего, до донышка, без остатка, как я. Для нее всегда будет западло, что ты не королевской крови, хоть ты и пришелец чуть ли не с самого имперского верха. Она будет витать в благородных эмпиреях, и до тела твоего снизойдет только ради размножения наследников. А я, и когда состарюсь, когда сама тебя уже и возбуждать не буду, все равно буду служить твоему Малышу. Я сама стану подкладывать под тебя девчонок, хоть бы и невинных, появись у тебя такая блажь. Сама же их обучу, как доставлять тебе удовольствие и наивысшую радость. Не надо тебе от меня отделываться и отсылать куда подальше. Ты наградишь, секунды не сомневаюсь, хоть бы и баронессой, но… Пойми, я человек разумный, место свое знаю и никакого беспокойства не причиню. Всякие попытки распустить язык буду пресекать самым жестоким образом, кем бы этот распускант языкатый ни оказался. Тот же Брандис мне и поможет, он тоже умный…