Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

Я с радостью подтвердила — правильный. Молодец, девочка!

– Так вот, заранее никто не знал. Прежде она тщательно скрывала ото всех свои планы. Даже близким подругам не говорила, да у нее только одна близкая подруга и есть, и то не здесь, а в Кракове. Впрочем, подруга приезжает каждый год. И я о ней никому не сказала, даже Джеймсу. Пани Эва ее в свой список знакомых тоже не внесла. А теперь вот я подумала — а вдруг от этого какой вред будет?

У меня перехватило дух. Девушка из Кракова вряд ли как-то связана с голландским убийцей. Но все же…

И я осторожно заметила:

– Минутку. А если окажется, что эта краковская подруга каким-то образом, совершенно случайно, встретилась с убийцей и проболталась, сама того не желая?

– И что тогда? — в ужасе пролепетала Ядя.

– Вот именно! Что тогда? Нет-нет, вам с Эвой никакого вреда — я уверена, а вот той подруге… Для убийцы-то она нежелательный свидетель, и уж он непременно прикончит дурочку. Зачем ему рисковать?

Ядя долго молчала.

– Ну, я и не знаю… Пани Иоанна, помогите! Я, конечно, детективы читала, по-польски, правда, но… пани лучше меня разбирается в таких вещах. Вот почему я обрадовалась, когда пани мне позвонила, и теперь очень прошу — сделайте так, как считаете нужным. Я на вас, пани Иоанна, полностью полагаюсь. Может, как-нибудь так деликатно об этой польской подруге сообщить, чтобы никто не пострадал? Заодно и ее предупредить. Это можно?

Я без колебаний заверила — можно.

– А я тут по-английски доверительно не сумею с ними поговорить, — продолжала Ядя. — И если та подруга никому не рассказала… тогда полиция и не станет к Эве цепляться. Уж очень мне хочется ее защитить. И без того она вся исстрадалась. Моему полицейскому не скажу, а вот пани я полностью доверяю.

Тут мне показалось, что на меня взвалили мешок с картошкой.

– Зовут ее Малга Кузьминская. Проживает в Кракове, улица Витоса, дом двадцать два, квартира четырнадцать. И еще хочу сказать… Это у пани Эвы вырвалось… Она понимает, что все дело в ее машине, но только ведь не одни ее знакомые знали об их поездке. Марсель тоже мог кому-нибудь сказать. Нет, она не догадывается, кому именно, да и вообще мало знакома с его приятелями. А теперь и поговорить с ним не может, разве что по телефону, да и то надо соблюдать осторожность… Например, тот человек, у которого они дом сняли, тоже какой-то его добрый приятель. Да мало ли кого этот ее Марсель знает! А теперь поступайте так, как сочтете нужным.

Я и поступила, как считала нужным, — позвонила Роберту Гурскому.