Железные амбиции. Мои победы с Касом Д'Амато [litres]

Касаясь обвинений Д’Амато в адрес Международного боксерского совета, подкупившего отдельных представителей прессы, Джимми Кэннон реагировал следующими словами: «Такие тирады оттолкнули от Каса Д’Амато честных журналистов. Некоторые считали его чудаком, которому нельзя доверять. Другим надоели его дикие монологи. Кто-то видел в нем ловкого мошенника, нацеленного строить боксерскую карьеру Паттерсона до тех пор, пока это позволяют Атлетические комиссии. Кас Д’Амато мог в чем-то ошибаться, но он был предан своему делу. Он из тех, кто не привык к роскоши. Бо`льшую часть своей жизни этот человек пребывал в полной безвестности, вынужденный заниматься боксерами-любителями. Он руководил тренажерным залом на 14-й улице и спал на раскладушке. Его компаньон был свиреп как цепной пес. А потом он нашел Флойда Паттерсона. Ни один тренер еще так не нянчился со своим воспитанником. Фантастическое упрямство Каса Д’Амато спровоцировало непопулярность его боксера среди спортивной общественности. И все же без него Паттерсон, вероятно, никогда не смог бы достичь таких вершин. Большинство менеджеров из-за своей жадности поторопились бы вывести Флойда на большой ринг. Как результат это вынудило бы их пойти на выгодную сделку с Международным боксерским советом. А Кас Д’Амато отказался от такого шага. Он мог сдаться и разбогатеть на контрактах с Советом, но Паттерсону тогда пришлось бы драться с соперниками по правилам организации. Кас Д’Амато – это человек, которого могут осуждать лишь его враги».

Поток негативных публикаций о Касе побудил человека по имени Пол Кауфман 21 октября 1958 года написать письмо Джимми Кэннону. В начале своего послания Кауфман отметил, что 99 процентов статей в спортивной прессе характеризуют Каса весьма нелестным образом. Далее он уточнил, что не собирается обсуждать вражду менеджера с Международным боксерским советом, а хочет просто поделиться своим мнением о Д’Амато как о человеке. За полтора года до описываемых событий автор письма привез своего восьмилетнего сына тренироваться в спортзал Gramercy. Кауфман, которому на тот момент было 46 лет, работал учителем средней школы и вместе с сыном брал уроки бокса. Вот что он пишет дальше: «Однажды Кас сказал мне: «У меня нет своих детей, и я смотрю на этих мальчиков как на родных». Звучит сентиментально, не правда ли? Но я знаю, что он говорил вполне серьезно. Историям о его доброте и великодушии нет числа. Ребята, которые приходят в его спортзал, как вы можете догадаться, из неблагополучных районов. Некоторые из них не могут позволить себе приобрести экипировку для тренировок. Кас обеспечивает их всем необходимым. Занимаясь этими уличными пацанами, он в немалой степени помогает обуздать подростковую преступность. Как-то он в течение двух лет оплачивал расходы на проживание одного из мальчишек с тюремным прошлым, которого родители выгнали из дома. Жизнь подростка стремительно катилась под откос. Сегодня он счастливо женат, имеет работу и, кроме того, считается перспективным боксером. Если ребенок в спортзале получает травму и нуждается в медицинской помощи, Кас тут же оказывается на месте. Если Кас узнает, что в семье у кого-то из его подопечных случилась беда, он незамедлительно протянет руку помощи. И такой порядок заведен им уже давно, задолго до того, как он стал менеджером чемпиона мира в тяжелом весе. Кас руководствуется библейским принципом: «Отпускай хлеб твой по водам»[89]. Он не берет денег со своих боксеров до тех пор, пока они не выходят на большой ринг и не начинают получать вознаграждения за свои поединки.