Друзья и недруги. Том 1

– Пустишь меня к себе, Нелли?

Мог бы не спрашивать! Отвечая на поцелуй, она потянула вверх его рубашку, просунула под нее руки и провела ладонями по его груди. Он сбросил с себя одежду, лег рядом с Эллен, обнял, и она почувствовала себя бесконечно счастливой.

****

Он остался один.

Именно это ощутил Робин после того, как Эдрик покинул его. Он сказал правду, когда говорил наставнику, что помнил его столько, сколько помнил отца и мать. Так оно и было: Эдрик крепко и вместе с тем бережно держал Робина за руку, помогая делать первые шаги. Этого Робин, конечно, помнить не мог, но ему рассказывала мать – графиня Луиза. Отец впервые вложил ему в руку меч, но Эдрик учил его владеть оружием. Неотступная тень графа Альрика, Эдрик стал таким же ангелом-хранителем и для Робина. Недаром отец запретил Эдрику сопровождать его в поездке в Лондон, оставив на его попечении сына.

Робин любил отца и мать, брата и сестру и точно так же – горячо и безоглядно – любил Эдрика. Мать умерла в родильной горячке, отец погиб, у брата началась семейная жизнь, сестра была еще слишком мала. Эдрик предпочел уйти, и Робину очень сильно недоставало наставника, в чем он не стеснялся признаться себе. Но Робин ничего не мог изменить. Он знал, что стоит ему приехать к Эдрику, сказать одно слово – и тот вернется. Но Робин не хотел просить его о возвращении, как бы ни было ему одиноко без Эдрика. Он понимал, что просьба одновременно станет обещанием подчиняться Эдрику в каждом поступке, а свои действия Робин желал определять сам. Поэтому он, стиснув зубы, перетерпел первую боль расставания с Эдриком, зная, что на смену боли придет чувство свободы. Так оно и вышло.

Но вместе со свободой пришло и чувство ответственности за все, что Робин делал сейчас и что мог предпринять в будущем. Эта ответственность легла на него весомым бременем, и Робин понимал, что ее тяжесть будет только усугубляться, но отнесся к этому как к должному. Его всю жизнь готовили к долгу, сопряженному с властью. Время долга пришло, и Робин молча принял его на свои плечи, не сетуя, не жалуясь, не пытаясь освободиться.

Эдрик не взял с собой ничего, кроме собственных вещей. Деньги, документы, фамильные драгоценности – все, что он забрал из Веардруна, осталось у Робина, и тот прекрасно понял намек наставника. Стал таким взрослым, что можешь обойтись без меня? Что ж, посмотрим, насколько разумно ты распорядишься тем малым, что тебе осталось от прежней жизни и чем ты теперь владеешь. Посмотрим, мысленно согласился с Эдриком Робин и убрал все в надежный тайник.

Вилл, не обманувшись спокойствием брата, втайне от Робина предпринял попытку убедить Эдрика вернуться, отправившись к нему в Маласэт. Эдрик не то что не пустил Вилла на порог дома, он ему даже ворота не открыл, и переговоры велись через Тиль. Девочка передала Виллу, что Робин волен жить так, как считает нужным, а Виллу не следует не то что приближаться к дому Эдрика, но даже напоминать о себе. Говоря это, Тиль старательно опустила крепкие слова, брошенные отцом в адрес Вилла, и уже по собственному почину спросила, не разочаровался ли Вилл в браке.