Битва при Коррине [litres]

– Что же это за весть, Райна? – улыбаясь, спросил Абулурд. Он все еще считал ее маленькой застенчивой девочкой, которая так много времени посвящала религиозным бдениям вместе с матерью. – И что такое культ Серены? Я никогда не слышал о нем.

Только сейчас он заметил, что Райна не только лишилась волос, но выглядела старше своих лет от перенесенных страданий. Она стала взрослой женщиной, которая, как казалось, ведет за собой этих людей.

– Серена сама уничтожала мыслящих машин, – сказала Райна. – Когда Эразм убил ее ребенка, она сбросила сторожевого робота с балкона. Это был первый удар, который человек нанес воплощению зла – механическим миньонам Омниуса. Мое дело – завершить полное уничтожение всех без исключения машин.

Абулурд с растущей тревогой вглядывался в лицо своей племянницы. С ней явно происходило что-то неладное. Против воли он подумал о политических махинациях и корыстных деяниях Иблиса Гинджо, против которых выступил Ксавьер Харконнен, поплатившийся за это жизнью и своим честным именем. Правда, Райна как будто была совершенно искренней в своих высказываниях. Люди толпились вокруг этого блаженного ребенка, выкрикивая ее имя.

Абулурд оглянулся и посмотрел на обугленные развалины Ниуббе – свидетельства бессмысленного разрушения и опустошения.

– Ты… это сделала ты, Райна?

– Такова была суровая необходимость. Серена сказала мне, что мы должны очистить планету и уничтожить все технические изделия. Мы обязаны истребить всякие компьютеры, чтобы мыслящие машины снова не захватили власть над людьми. Демонам нельзя дать точку опоры, или человечество опять переживет страшное бедствие. Мы достаточно страдали, и все же мы живы, – с пылом говорила Райна, уставив в Абулурда свой пронзительный изможденный взгляд. – Мы вполне можем обойтись без этих мелких удобств.