Волхв

Мы оказываемся во внутреннем дворике.

По периметру — деревянный настил. Четыре двухэтажные постройки обступили этот заповедник релакса на почтительном расстоянии — так, чтобы не загораживать солнце. Сам дворик оказался компактным, не более тридцати шагов в поперечнике. Пара карликовых деревьев, шарообразный куст, вросшие в дерн камни. Плотный травяной ковер. И совершенно неожиданная деталь в виде оружейной стойки с изогнутыми самурайскими мечами.

— Поединок на мечах? — ухмыляюсь я. — Ты всерьез полагаешь, что я вызову тебя на дуэль?

Задерживаемся на краю деревянного настила.

Ратмир поворачивает голову.

Наши взгляды встречаются.

— Нет. Я так не думаю.

Мой противник спускается по скрипнувшей ступеньке на плоский камень, образующий первый элемент дорожки. Пересекает сад и останавливается рядом со стойкой. Оборачивается. Между нами — чуть больше двадцати шагов.

— Думаю, тебе будет интересно встретиться с… моими новыми друзьями.

Эта фраза меня насторожила.

Пространство оживает.

Раздвигаются сёдзи, настил заполняется людьми. Их мало — всего пятеро, если я никого не упустил. Вот только… мне знакомы эти лица по многочисленным сводкам новостей и статьям в Паутине. Да и черные сутаны не позволят с кем-то перепутать Патриархов Церкви Равновесия.

Четверо — владыки старого поколения. Климент, Александр, Умберт и Фабиан. Пятый — недавно возвысившийся Кардинал Геннадий, пришедший на смену Мефодию. Насколько мне известно, Геннадий прибыл из Империума — он вырос в отдаленной северной губернии.

Пятерка мужчин в черных сутанах распределилась по трем сторонам света. Никто из них не спешил спускаться в сад. Суровые взгляды церковников скрестились на мне.

Чего-то подобного следовало ожидать.

Боевая артефакторика, обнаруженная в телах шиноби из «Бездны». Экзоскелеты убийц, напавших на меня в Воронеже. Догадки по поводу протекции, оказываемой Патриархатом одному из моих конкурентов. Разве что Мейронг не очень хорошо вписывалась в схему.

— Вселенец Ярослав, известный под именем Сергея Друцкого, а также Рю Тибы из Клана Когтей, — мрачно произнес Патриарх Климент. — Ты обвиняешься в фундаментальном нарушении Баланса первой степени. Использование запрещенных Церковью энергий, повлекшее за собой вмешательство в изнаночную структуру бытия. Ты оперировал пространством и временем, что запрещено Уставом Церкви. Кроме того, применялись нелегальные артефакты, разработанные без нашего ведома и не прошедшие лицензирование. Технология клана Данзасов несет угрозу текущему миропорядку, власти Церкви и соотношению сил в геополитике. За подобные преступления полагается исключительная мера пресечения — смерть. Что можешь сказать в свое оправдание?

Много чего.

К примеру, тот простой факт, что мои вмешательства спасли расу людей от вымирания. Даже Церковь не устояла бы перед нашествием второй волны тварей. Да и Спиралям церковники ничего не могли противопоставить. Вот она, человеческая благодарность. Я уж молчу про то, что надо взяться не только за меня, но и за дом Алмазовых. Император знал о модулях Данзасов, но не спешил сдавать преступников Балансу. Чего ждал? Результатов испытаний. Вопрос в том, готовы ли Патриархи к столкновению с высшими Архимагами Империума. И к боям с четвертым поколением «Молотов». Судя по всему, готовы. А за меня взялись, поскольку пронюхали об уничтожении Спиралями Клуба Девятерых.