Хозяйка Айфорд-мэнор

Что-то о том, почему, например, эта девушка рядом, эта леди в дорогом, расшитом жемчугом платье, вызывает в нем странные, неуместные чувства: нежность, желание прикоснуться, откинуть со лба прядку волос. Он что, был тайно влюблен в собственную хозяйку? А в том, что она госпожа этого дома, сомневаться не приходилось.

Коллум тряхнул головой, и в ней загудело.

— Только не поднимайтесь с постели, — сказала девушка с беспокойством. — Вам еще слишком рано.

И он удивился вдруг, что она говорит ему «вы».

— Простите за этот вопрос, но как вас зовут? — спросил он. — Я не помню совсем ничего.

И снова полыхнуло пожаром по коже — девушка покраснела.

— Аделия Айфорд, — сказала она. — Я — хозяйка этого дома.

Он повторил про себя: «Аделия Айфорд», и сердце чем-то особенным отозвалось. Он точно знал эту девушку прежде и чувствовал что-то помимо почтительности простого слуги… Может быть, они были любовниками? Он посмотрел на нее.

Точеный овал белого личика с проступающими веснушками, темно-каштановый цвет волос у корней и совершенно немыслимый рыжий на кончиках. Осветляла, понял он вдруг, и решил, что шатенкой она нравится ему больше. Нравится? Кровь Христова, он точно был увлечен этой женщиной. А она, она тоже была к нему расположена? Потому-то и беспокоится, и краснеет…

— Благодарю за заботу, — произнес вслух. — Ваше участие много для меня значит.

Аделия Айфорд потупила взор, но, взяв себя в руки, кивнула.

— Я велю принести вам еды, — сказала она и поспешила выйти из комнаты. — Поправляйтесь, мы все переживали за вас.

Новоявленный Питер Харрел был абсолютно уверен, что ей бы хотелось остаться, побыть рядом с ним, но причины для этого не было. Девушка вышла, и другая служанка, совсем юная девочка, юркнула в угол на стул.

— Если что-то понадобится, только скажите, — улыбнулась она.

Питер нуждался только в одном: вспомнить, кем был до происшествия с лошадью. А в этом, увы, юная Керра помочь не могла…

Вскоре служанка с внимательными глазами принесла ему целый поднос угощений: пирог с куропаткой, похлебку со взбитыми яйцами и салат из лосося с луком и фиалками. Кажется, ее звали Глэнис… Он услышал, что ее зовут так еще до того, как женщина вошла в комнату: в коридоре к ней обратился мужчина, и Питер подслушал. Еще тот мужчина сказал: «Надеюсь, господин Шерман не прознает о нашем обмане».

О каком господине Шермане они говорили? Что за обман затевала эта на вид благочестивая женщина и незнакомый мужчина? Питер подумал, что надо бы это выяснить ради леди с веснушками на лице.

Что-то подсказывало: она всегда его выслушает и поверит.

40 глава

Аделия задремала у постели сестры. Долго сидела, держа ее за руку и наблюдая, как она спит, а потом задремала… Всё гадала, что побудило ее выпить настойку Бевин, которую девушка посчитала ядом, что заставило захотеть свести счеты с жизнью.

Ее Маргарет, так любившую жизнь, ничто не могло выбить из колеи… По крайней мере, так ей казалось до этого дня. И вот она белая, словно наволочка подушки, лежит чуть живая на этой постели, и Аделия мало чем может помочь.