Дейлекронт: дитя чернильной течи

– Откуда ты всё это знаешь? – с неким недоверием в голосе спросил Сотар.

– Часы, потраченные вечерами в библиотеке. Книги, это, конечно, интересно, но увидеть всё воочию просто великолепно.

Стук ударов многокилограммового молота по камню не прекращался. Мужчина с покрывалом на голове, от безжалостного южного солнца, с трудом возносил над головой инструмент. Его руки дрожали от тяжести вместе с ногами. По высохшим, еле розоватым губам, можно было осознать его жажду. Но он не мог остановиться. Надзиратели истязали кнутом каждого, кто отлынивал от работы. Даже не знаешь, что страшнее: окровавленные раны на всю спину или вечное бессилие. В очередной раз, когда раб замахнулся, то молот выскользнул с рук и упал, своей тяжестью сделав небольшую выемку на песке. Через мгновение на земле очутился и сам мужчина. Страж подошёл к бедолаге и хлестнул по спине:

– Вставай давай! – яростно кричал он.

Мужчина завопил от боли и стал медленно подниматься. У него не было выбора. Кормили их два раза в день, но этого было недостаточно. Организм истощался от такого количества физических нагрузок. Чуть больше повезло тем, кто работал на самой башне, а не вытачивал камни. По натянутым веревкам, они поднимались наверх и занимались кладкой. Потом, когда внутренние лестницы были обустроены, они и вовсе ликовали. Однако была опасность, которая их постоянно подстерегала. Такие колонны были диаметром в десяток метров и достигали в три раза большей длины в высоту. Свалившись с её края маловероятно, что останешься жив.

Когда царский экипаж проезжал мимо, один из рабов не смог удержать равновесие и полетел головой вниз с диким криком. Надзиратель в ту же минуту подошёл к рабочему и стал пинать его ногами по иссохшим рёбрам. Но он не подавал никаких признаков жизни. Его последний вздох был сделан за несколько мгновений до того, как череп треснул при ударе об строительный камень. Надзиратель перевернул тело и увидел рассечение, которое проходило почти через всё лицо и переходило в покрытую волосами часть головы. Когда он осознал, что раб нежилец, то схватился за него и молча поволок дальше от стройки. Словно куклу, он тащил его по желтоватому песку, периодически останавливаясь, чтобы перевести дух. Для стражника он кусок мяса, но никак не человек. Пренебрежительное и высокомерное отношение говорило само за себя. Такие как он умирают каждый день и к ним нет никакой жалости.

– Давай его к остальным, – кинул он бездыханное тело перед могильщиком.