Выбрать волю

Глава четырнадцатая

Но ни на следующий день, ни через один, ни даже через неделю лучше не стало.

Грэхард пошёл на принцип. Чувствуя своё самолюбие задетым, он выправлял его весьма кривым способом: доказывал сам себе, что прекрасно может без этой вот капризной златовласки. Вот прям прекрасно может. Вообще прекрасно.

Поэтому он категорично схватился за все проекты, когда-то отложенные до лучших времён, и, не продыхая, мотался с разъездами, приёмами и совещаниями. На любые попытки поговорить с ним об Эсне от отвечал взглядами столь мрачными и красноречивыми, что оставалось лишь заткнуться и сделать вид, что такой особы не существует.

Что касается самой Эсны, то она, соответственно, разобиделась ни на шутку. С её точки зрения, это Грэхард был кругом виноват, и это ему следовало делать шаги к примирению. Конечно, глупо было ожидать, что он начнёт простаивать под её окнами с цветами — хотя в мечтах ей, разумеется, виделось именно что-то подобное, — но, тем не менее, она не желала идти на мировую без должных извинений с его стороны.

Раздражаясь всё больше от того, что этих извинений всё не следовало и не следовало, Эсна тоже ушла с головой в дела. Милдар охотно помогал ей с проектом по школе, Дерек делился своими расследованиями. Если с первым всё шло неплохо, то со вторым получались сплошные глупости. Отыскать очевидцев того памятного боя никак не удавалось. Кто-то, успешно пережив Второй Марианский поход, упокоился в Третьем. Кто-то, устав от ратных трудов, уехал, и след безнадёжно терялся. Кто-то просто умер — от старости или болезни. Имён в списке Дерека становилось всё меньше, а новых сведений не прибавлялось. Это заставляло и без того дурное настроение Эсны падать ещё ниже.

Между тем, подошёл день встречи Эсны с семьёй. Раздражённый Грэхард не пожелал принимать в этом участия, но и отменять своё предыдущее решение ему казалось несолидно, поэтому он свалил обязанности радушного гостеприимца на племянника. Туманный принц с готовностью предоставил свою яхту для приятной морской прогулки, и Эсну с удовольствием сопроводили княгиня и Анхелла.

Хотя все успешно делали вид, что отсутствие владыки связано исключительно с его занятостью делами государства, Эсна столь упорно избегала любых упоминаний мужа в своих рассказах, что и старый князь, и Ална сходу заподозрили неладное. Расспрашивать при Раннидах о подробностях им показалось несвоевременно, и они задумчиво переглянулись, явно прикидывая какой-нибудь план по отделению Эсны от общей толпы с целью разговорить её в сторонке.

Тат что вскоре Ална умело заняла дам беседой, а князь задумал объяснять дочери особенности парусного вооружения конкретно этой яхты, что позволило им отойти немного в сторонку, вроде как разглядывая паруса и такелаж.

— Что у вас случилось, Эсни? — тревожно спросил отец, проницательно разглядывая её лицо.