Стамбульский бастард [litres] [The Bastard of Istanbul]
- Автор: Shafak Elif
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Аттикус
- ISBN: 978-5-389-19839-5
- Переводчик: Тамар Г. Апакидзе
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Стамбульский бастард [litres] [The Bastard of Istanbul]». Краткое содержание книги:
Впервые на русском языке!
Если где-то там, на седьмом небе, есть всевидящее око, Божественный взор, неусыпно глядящий на каждого из нас с высоты, то ему пришлось бы довольно долго смотреть на Стамбул, чтобы выяснить, что происходило за закрытыми дверями и не велись ли случайно богохульные речи. С неба этот город, наверное, представляется мерцающим рисунком из расходящихся во все стороны разноцветных всполохов вроде озарившей темноту петарды. Вот сейчас он светится всеми оттенками красного, оранжевого и желтого. Рисунок состоит из искр, а каждую искру зажег кто-то, кто не спит в эту ночь. Если смотреть сверху, оттуда, из обители Небесного взора, все эти случайные лампочки, наверное, составляют гармоническое целое, а их проблески словно тайнопись, одному только Богу понятные знаки.
Если не считать этих рассеянных отдельных огоньков, Стамбул погружен в полную тьму. Все спят: жители узких, извилистых, мрачных улочек старого города, жильцы многоквартирных высоток, которыми плотно застроены новые районы, обитатели шикарных предместий. Или почти все.
Как всегда, некоторые стамбульцы всегда просыпаются раньше, например имамы. Молодые и старые, сладкоголосые и не очень, имамы всех бесчисленных мечетей города просыпаются первыми, чтобы созывать верующих на утреннюю молитву. Потом – разносчики симитов. Они тоже не спят и спешат в пекарни за хрустящими кунжутными бубликами, которыми будут торговать до самого вечера. А значит, пекари тоже не спят. Многим из них удается поспать пару часов, иные вовсе не смыкают глаз. По ночам они растапливают печи, чтобы еще до рассвета булочные наполнились чудесным ароматом свежеиспеченного хлеба. И так каждый день. Каждый божий день, без исключения.
Не спят и уборщицы. Эти женщины, молодые и старые, тоже встают очень рано, чтобы, меняя по меньшей мере два-три автобуса, добраться до богатых домов, где они весь день будут что-то драить, мыть и протирать. Там совсем другой мир. Богатые женщины всегда накрашены, по ним никогда не скажешь, сколько им лет. И мужья у них тоже совсем не такие, как у уборщиц: вечно деловые, удивительно вежливые и немного женоподобные. Время там – совсем не роскошь. Жители предместий его совсем не берегут, а тратят щедро и беззаботно, как горячую воду.
Если Небесный взор смотрит сейчас на особняк Казанчи, ему, наверное, кажется, что во мраке ночи поблескивает какой-то измазанный грязью мерцающий шар. Почти во всех комнатах темно и тихо, лишь в нескольких горит огонь.
Среди тех, кто не спит, – Армануш. Она проснулась засветло и сразу полезла в Интернет, ей не терпелось сообщить своим кибердрузьям из «Кафе Константинополь» о вчерашнем скандале. Она рассказала им о стамбульской богемной тусовке, а потом и о самой ссоре, набросав портреты всех встреченных в кафе «Кундера» персонажей.
Сейчас она подробно описывала Карикатуриста-Пьяницу, не умолчав и о том, как он оригинально использовал стоявшее на столе вино.
Анти-Кавурма написал:
Похоже, он забавный тип. Так ты говоришь, его могут посадить за то, что он нарисовал премьер-министра в образе волка? Я смотрю, с юмором в Турции не шутят.
Леди Павлин-Сирамарк согласилась с ним:
Да, он, кажется, классный. Расскажи еще.
Но, похоже, кто-то видит произошедшее совсем по-другому.
Эй, ребята, вы что, нет в нем ничего крутого или особо интересного, ни в нем, ни в остальных чуваках из этого вонючего кафе. Вы что, не видите, они просто претенциозные стамбульские пижоны. Типичные представители элиты стран третьего мира, которые больше всего на свете ненавидят самих себя.
Колкое сообщение от Барона Багдасаряна заставило Армануш невольно вздрогнуть. Она оглянулась.
В другом конце комнаты спала Асия, на груди у нее свернулся Султан Пятый, на голове наушники, в руке – открытая книга «Тотальность и бесконечное. Эссе на тему экстериорности» Эммануэля Левинаса. У кровати валялась коробка от диска: Джонни Кэш, весь в черном, стоит на фоне мрачного серого неба, с одной стороны у него кошка, с другой – собака, а сам он сурово глядит куда-то за кадр. Асия так и спала, поставив плеер на автоповтор. В этом отношении она тоже пошла в мать: могла сражаться с любыми, самыми страшными голосами, но не в силах выносить тишину.
Армануш было не разобрать слов песни, до нее доносилась только мелодия. Ей сейчас нравится, как баритон Джонни Кэша прорывается в комнату сквозь наушники, ей вообще нравится слушать все эти наполнявшие комнату звуки: раздающиеся на дальних минаретах призывы на утреннюю молитву, звон бутылок, которые молочник ставит перед лавками на другой стороне улицы; а вот негромкий посвист, в котором неразличимо сливаются сопение и мурлыканье: это удивительно синхронно дышат во сне Султан Пятый и Асия; постукивание клавиатуры, это она пытается поудачнее ответить Барону Багдасаряну. Уже почти утро, и Армануш, хотя и не выспалась, ощущает некоторый подъем, гордость оттого, что восторжествовала над сном.