Кровавый снег декабря
- Автор: Шалашов Евгений Васильевич
- Год: 2010
- Язык: русский
- Год: Вече
- ISBN: 978-5-9533-3682-6
- Жанр: Альтернативная история
Электронная книга - «Кровавый снег декабря». Краткое содержание книги:
А если бы план мятежников удался? Каковы были бы последствия этой авантюры?..
ГЛАВА ПЯТАЯ
КАРАТЕЛЬНЫЙ ОТРЯД...
Прапорщик Завалихин стоял впереди своего подразделения, злой, как Батеньков с похмелья... Злился на всех и вся: на командование вообще и военного министра в частности, на Временное правительство и своего командира — полковника Моллера, из-за которого он и принял этот, с позволения сказать, взвод... Не взвод, а чёрт-те что. Нижние чины внешним видом мало напоминали воинов регулярной армии: кто в шинели, кто в овчинном тулупе. Кое-кто допускал совсем невообразимое сочетание — меховой жилет, напяленный поверх шинели. Кивера соседствовали с суконными армейскими колпаками и мужицкими треухами. Да и сами солдаты были из разных полков. Тут находились и «семёновцы», и «преображенцы», и гвардейские егеря. Здесь же торчали нестроевые из корпуса внутренней стражи и сапёрного батальона (строевые сапёры, говорят, кто сумел пережить ночь с 14 на 15 декабря, все были заколоты штыками) ... А уж рожи такие, что если увидишь, то будешь потом ночными кошмарами маяться! Где уж там добиваться единообразия формы одежды!
Взвод входил в состав отряда, отправляемого на борьбу с «вандейцами рассейского пошиба», как назвал язвительный Пушкин бунтующих мужиков.
В карательный отряд собирали штрафованных солдат. Кого-то застигли в тот момент, когда он торопливо напяливал дорогую шубу поверх линялого мундира (понятно, что происходило сие во время очередного ареста) или просто забирал у генеральской экономки «лишнюю» серебряную посуду или шёлковое нательное бельё. Были и такие, что чересчур увлекались разгромом винных погребов. Во дворце Воронцовых, например, рота солдат выпила французские и испанские вина, которые собирались хозяином два десятка лет. Потом, в припадке пьяной злости на князьёв-графьёв, подпалили и сам дворец. Правда, хозяин с семьёй находился то ли в Кишинёве, то ли, из-за грянувшей войны — в Новороссийске. А то, что сгорела прислуга, так и хрен с ней. Нужно было вовремя убегать, а не бросаться к солдатам с криками о помощи.
В штрафники отправили и тех, кому нравилось «портить» дворянских дочек. Ну не расстреливать же за такую «мелочь»! Не убыло, чай, ничего и не измылилось. Тем более сколько лет эти самые дворяне крестьянских девок под кустами да по спальням насиловали? Вот и отлились кошке мышкины слёзки...
И всем было хорошо известно: наказали не за то, что напакостил, а за то, что попался...
В карательный отряд отправляли и солдат, что участвовали в деле 14 декабря с «противоположной» стороны. Не на самой площади, разумеется. Офицеров и нижних чинов, которые сражались против революционеров, уже давно либо убили, либо арестовали. За исключением тех, кто успел уйти. Но в Питере оставались депо и резервные роты «измайловцев» и конногвардейцев, которых на площадь не выводили. И хотя они ни о чём ни сном ни духом знать не знали и ведать не ведали, Батеньков на всякий случай записал их в «ненадёжные».
Завалихин попал в карательную команду после истории с арестантом. Впрочем, может, оно и к лучшему. До трибунала, к счастью, дело тогда не дошло: генерал-майор Сукин, комендант крепости, положил рапорт дежурного поручика под сукно. Так бы он там и пролежал, если бы комендантом не был назначен чистоплюй Муравьёв. Тот немедленно передал бумагу в полк — на усмотрение полкового командира Моллера. Когда в лейб-гвардии Финляндском полку узнали о том, что прапорщик пытался зарубить безоружного арестанта да ещё и боевого офицера, Завалихина предали остракизму. Прапорщику не то что руку перестали подавать, а принялись старательно игнорировать. В офицерском собрании, если он садился с кем-то за один стол, шарахались как от зачумлённого. А однажды, когда он зашёл в один из чудом уцелевших кабачков, даже половой попросил его уйти: «Потому что остальные господа офицеры не желают пить и есть рядом с дерьмом!» А когда Дмитрий ударил полового в зубы, то подскочили вышибала и хозяин, схватили и... просто выкинули его за дверь. Присутствующие в зале офицеры не то что не вступились, а просто не отреагировали. Никто даже не засмеялся. Вели себя так, как вёл бы себя воспитанный человек, на глазах у которого работает золотарь... Сволочи и ублюдки!
Здесь, по крайней мере, никто из офицеров не смотрел на него, как на «мерде». Понимают, что революцию нельзя сделать чистыми руками. Кому-то приходится быть карателем. А иначе — нельзя. Маленький мятеж в отдельно взятой деревушке приведёт к войне!