Вивьен Ли. Жизнь, рассказанная ею самой

Джилл была Оливье равной и даже выше его тогдашнего и оказалась вынуждена разрушить все, чтобы спасти сына. Я не прислушалась к ее предупреждениям (да и не была в состоянии сделать это) и поверила словам Ларри о великой актерской паре – короле и королеве английской сцены, забывая, что, по его мнению, королева всего лишь домохозяйка с короной на голове, в лучшем случае оттеняющая сильного короля. Королевское равенство? Глупышка, плохо знающая историю! Такого в людском обществе не бывало! Самая достойная королева – всего лишь приложение к королю либо королева-одиночка.

Но когда я уже была готова уступить трон и все права на королевство, выяснилось, что Ларри потерял интерес к моей кандидатуре в качестве половинки звездной пары.

С чем я осталась? Фрюэн когда-то говорил о высотах, что есть понятие нулевой высоты, то есть уровень Мирового океана, а есть отрицательной – впадины, не обязательно морские, могут быть просто ямы. Так вот я в яме, даже чтобы выбраться из нее, нужны неимоверные усилия. И попала я в эту яму не тогда, когда начались первые приступы или когда впервые попала в клинику к Фрейденбергу, а позже, когда с упорством, достойным лучшего применения, попыталась сохранить наш брак.

Зачем? Сохранить любовь Ларри? Но ее уже не было, и я прекрасно это понимала. Вернуть ее? Любовь невозможно вернуть, это следовало бы запомнить всем, это не птица Феникс, она умирает навсегда. Доказать, что я лучше других? Но ведь я не слепая и не настолько глупа, чтобы не видеть, что НЕ НУЖНА своему мужу, что у него другие планы в жизни, и дело не в Плоурайт, не она, так была бы другая. Ларри вычеркнул, «отменил» Джилл прежде, чем она родила Тарквиния, он также вычеркнул меня раньше, чем я оказалась на злополучных съемках на Цейлоне.