Электронная книга - «Зимний сон (СИ)». Краткое содержание книги:
– Мгм…
– Но… Лань Чжань, признайся, ведь именно это тебе во мне и понравилось. Будь я, как все остальные, посмотрел бы ты в мою сторону? – спросил Усянь.
– Я с самого начала смотрел только на тебя, – ответил Ванцзи.
– Я тоже с первой встречи смотрел только на тебя, – с сияющей улыбкой произнес Вэй Ин, давно уже признавшись самому себе в этом. Он испытывал разные чувства к Ванцзи, но, однозначно, с самой первой их встречи его взор был направлен только на этого холодного с виду ланьца. Захотелось тут же обнять своего любимого, но на пороге постоялого двора всё же не стоит этого делать.
В этот момент внутри что-то разбилось и громкий голос, перекрикивая легкий гул голосов внутри помещения, крикнул:
– Ты еще скажи, что Вэй Усянь вообще ни в чем не виноват! – прокричал Цзинь Лин.
Ванцзи и Вэй Ин поспешили войти внутрь заведения.
Посреди обеденного зала столпились их подопечные, а Цзинь Лин и Сычжуй, стоящие в центре, зло смотрели друг на друга. А-Лин был разозлен настолько, что готов кинуться в драку и только привычное спокойствие Сычжуя останавливало его. Вэй Усянь и Ванцзи замерли на входе.
– Молодой господин Цзинь, Сычжуй произнес подобное не подумав, что эти слова оскорбят или разозлят Вас, – на удивление вежливо произнес Цзинъи, чем удивил Вэй Ина.
«Может же паршивец быть вежливым», – подумал Усянь, вспоминая, что по отношению к нему юноша еще ни разу подобной учтивости не проявлял.
– Его слова прозвучали буквально! Что я должен был подумать?! – воскликнул Цзинь Лин.
– Господин Цзинь, Сычжуй лишь имел в виду, что нельзя опираться лишь на рассказы других людей о деяниях Старейшины Илин и что, возможно, не все их слова правда. И прежде, чем осудить кого-то стоит спросить мнения других людей, близко с ним знакомых, раз сами мы его не застали, – встал на защиту Сычжуя Оуян.
– Именно! – воскликнул Цзинъи. – Рассказы скольких людей ты слышал, чтобы сделать такие выводы?
– Многих! – ответил зло Цзинь Лин. – Мой старший дядя постоянно рассказывает разные ужасы об этом Вэй Усяне! И я ему верю, ведь он не может обманывать!
– Цзинь Лин, а что говорит твой младший дядя, который был ему словно брат, или твоя мама, что была ему за старшую сестру? Или твой отец, с которым учился Старейшина Илин? По-моему, они все гораздо ближе к нему, чем твой старший дядя и соответственно лучше его знают, и понимают, – неожиданно произнес Оуян, а А-Лин стушевался от этих вопросов.
«А ведь действительно, – подумал Цзинь Лин, – он внимательно слушал только Цзинь Гуанъяо, своего старшего дядю, а рассказы мамы пропускал мимо ушей. Отец и второй дядя старались не упоминать о Вэй Усяне. Он знал только, что Цзян Чэн его за многое ненавидит. Хотя жена младшего дяди порой вспоминает о Старейшине Илин добрым словом».
– Это не имеет значения! Почему… Почему вы все встали на его защиту?! – всё же А-Лин отказался признавать, что ошибается. – Из-за него сожгли Пристань Лотоса и убили дедушку и бабушку! Из-за него чуть не погибли мои родители! Он виноват во всём!
– Господин Цзинь, я ни коим образом не уменьшаю вину Старейшины Илин. С перечисленными Вами фактами никто не будет спорить, но всё же не стоит судить о человеке по одному этому. Все совершают ошибки. Приношу извинения за свои слова. Я не желал Вас оскорбить или обидеть, – вежливо произнес Сычжуй и поклонился Цзинь Лину, надеясь что этот бессмысленный спор наконец-то прекратится.
– Сычжуй, Цзинъи, вы так активно его защищаете. Даже удивительно – ведь вы же из клана Гусу Лань, что стоит на страже света и уничтожает любое проявление тьмы. С чего такое рвение? Ааа… я понял, это потому, что ваш несравненный Ханьгуан-цзюнь спутался с темным. А вы, оказывается, орден не благочестивых и порядочных заклинателей, на которых ровняется весь мир, а сборище безнравственных и аморальных людей, что готовы покровительствовать порочному темному заклинателю, презревшему дорогу света! –разъяренно прокричал А-Лин.
– Цзинь Лин… – начал было Сычжуй.
– Что Цзинь Лин?! Хочешь что-то сказать в своё оправдание? Или снова заступиться за этого мерзкого темного?! – закричал юноша в ответ.
– Цзинь Лин! – рявкнул Цзинъи и кивнул головой в сторону подошедших Ванцзи и Вэй Усяня, которые присутствовали при всём споре между юношами.
Жулань медленно повернул голову и округлил глаза, внезапно понимая, что все его гневные речи скорее всего были услышаны не только Мо Сюаньюем, но и господином Лань Ванцзи. Одно дело говорить подобное своим ровесникам, даже если его за это побьют. А вот высказывать подобное, практически в лицо, второму по значимости человеку ордена Гусу Лань и первому по силе среди всех заклинателей – теперь неизвестно, что его ожидает за подобное оскорбление. Цзинь Лин действительно испугался. Вновь присущие ему несдержанность и излишняя эмоциональность подвели его.
– Цзинь Лин, а ты смел, раз позволяешь себе говорить подобное о Ханьгуан-цзюне за его спиной и в присутствии его учеников, но хватит ли твоей смелости сказать это же самое ему лично? – строго произнес Мо Сюаньюй, гневно смотря на А-Лина.
Цзинь Лин обмер, даже побледнел, что не укрылось от присутствующих. Ему конец, если он повторит это в лицо Ханьгуан-цзюню. Не спасут его ни старший дядя, ни младший.
– Что же ты молчишь? Буквально минуту назад тебя было не остановить? – продолжал Сюаньюй.
– Достаточно, – холодно произнес Ванцзи, останавливая Вэй Ина. – Я уже всё слышал, в повторении нет нужды.
А Цзинь Лин пошатнулся и вновь подумал, что ему действительно конец.
– Отец, – вдруг подал голос Сычжуй, – прости, пожалуйста, Цзинь Лина, он ещё юн и неопытен, а в обоих его кланах нет правил, сдерживающих пылкий нрав и острый язык. Потому-то у него и нрав, как у молодой госпожи.
На последнем предложении А-Юаня Цзинь Лин внезапно покраснел и хотел было возразить, но, упершись в холодный взгляд Ханьгуан-цзюня, резко передумал.
«Лучше промолчать от греха подальше, и так уже наговорил на кучу наказаний в лучшем случае», – пронеслось в его голове.
Окинув мрачным взглядом то бледнеющего, то краснеющего Жуланя, Ванцзи спокойно проговорил:
– Я передам твоим родителям и дяде о том, что ты изъявил сильнейшее желание отправиться на обучение в Гусу в этом году. Ты же не возражаешь?
– Нет, господин Ханьгуан-цзюнь, я очень хочу поехать в этому году на обучение в Облачные Глубины, – мрачно ответил Цзинь Лин, внутренне надеясь, что к осени Лань Ванцзи забудет об этом инциденте и не будет слишком суров к нему во время учебы. Это маловероятно, но всё же, надеяться-то на что-то нужно.
– Всё, детишки, концерт окончен, возвращайтесь к трапезе, – громко произнес Вэй Ин, привлекая внимание к себе. – Где наша комната? – обратился уже к Ванцзи.
– На втором этаже, крайняя слева. Иди первым, – ответил Ванцзи.
Молодежь резво разбежалась по своим местам и принялась за еду, что была оставлена без внимания, пока все наблюдали за перепалкой Сычжуя и Цзинь Лина. Загомонили, что-то начав обсуждать, словно и не было этой, никому не нужной, ссоры.
Уселись за свой стол и виновники событий, мрачно поглядывая друг на друга, а Ванцзи, окинув их холодным взглядом, словно предостерегая от дальнейших конфликтов, подошел к стойке, за которой хозяин постоялого двора лениво протирал кружки, будто и не был он только что свидетелем странной ссоры между знатной молодежью.
– Хозяин, мой заказ выполнен? – спросил он.
– Да господин, ужин на двоих накрыт в комнате. Вино прикажете подать сейчас или позже? – ответил немолодой мужчина.
– Я его заберу сейчас, – произнес Ванцзи.
– Как прикажете, – ответил хозяин и поставил перед Лань Чжанем поднос с двумя пузатыми кувшинами вина и двумя пиалами.
Ванцзи забрал поднос, оплатив всё заказанное из кошелька, что успел вернуть Усянь, едва они вошли в помещение и, под слегка ошарашенными взглядами адептов своего клана, не спеша подошел к лестнице и поднялся на второй этаж.
– Ханьгуан-цзюнь купил вино? – пораженно произнес Цзинъи.