Детектив и политика. Выпуск 3, 1989
- Автор: Лем Станіслав, Саймон Роджер
- Год: 1989
- Язык: русский
- Год: Издательство Агентства печати Новости
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Детектив и политика. Выпуск 3, 1989». Краткое содержание книги:
Вышинский. Обвиняемый Рыков, в этой части показания Чернова соответствуют действительности?
Рыков. Я с Черновым виделся, собирался сделать сторонником и нашел в его лице готового единомышленника…
На просцениуме — Сталин.
Сталин. Я, Сталин Иосиф Виссарионович… Что они все там, с ума посходили?! Почему Рыков подтверждает ту ахинею, которую несет этот расстрига Чернов? В двадцать восьмом году правого уклона — как оформившейся группы — не было! Где Ежов? Немедленно исправьте этот провал! Хотите, чтобы Запад снова уличил нас в фальсификации?! Хотите снова бросить на меня тень?!
На просцениум выходит Ежов.
Ежов. Я, Ежов Николай Иванович, нарком внутренних дел… Срочно выведите из зала суда Рыкова, я должен с ним поговорить…
Два конвоира приводят к нему Рыкова.
Ежов. Товарищ Рыков, вы заметили, какую ахинею несет Чернов?
Рыков. Не я писал ему показания.
Ежов. Со следователем мы разберемся, но необходимо как-то исправить положение… Чаю? Угощайтесь, бутерброд с икоркой… Вот, кстати, газеты… Изголодались, наверное, без прессы… Положение в Испании тревожное, фашисты наступают по всему фронту… Троцкисты и их армия ПОУМ бегут, оголяя фланги республиканцев… И вот, нате-пожалуйста, такой подарок троцкистам с придурком Черновым…
Рыков. Статистов вы подбирали, не я.
Ежов. Товарищ Рыков, да что же мы с вами препираемся, право! В конце концов оба большевики, хоть вы ветеран, а я из молодых, но ведь за суд над Каменевым — сразу после фашистского выступления Франко в Испании — вы тоже проголосовали! Тогда вы понимали, как нам важно изолировать мировой троцкизм — особенно в свете прямого выступления фашистов в Испании и борьбы троцкистов против агрессии Гитлера. А сейчас?
Рыков. Тогда Сталин дал слово, что Каменев не будет убит… А его расстреляли…
Ежов. Каменев имел возможность отрицать свою вину! Кто ему мешал? Кто мешает это делать Крестинскому? Пожалуйста, если хотите ударить партию ножом в сердце — отрицайте и вы! Проведем закрытый процесс — и точка! "Слушайте голос Рыкова, народ его голос выковал!" Слова Маяковского, а вы?! Даже о жизни членов вашей семьи не желаете подумать! Тоже мне отец! Возвращайтесь и примите решение! Сделайте что-нибудь! Это — ультиматум!
Рыков возвращается на скамью подсудимых.
Вышинский. Рыков, вы в то время какую занимали должность?
Рыков. Председатель Совета Народных Комиссаров СССР и РСФСР… Чернов очень ускоряет события… Вопрос о захвате власти, который я ставил, относился не к двадцать восьмому, а к тридцатому году…
Вышинский. Чернов, продолжайте…
Чернов. Мы включили в свою программу запутать семенное дело и тем снизить урожайность… В части животноводства были поставлены задачи: вырезать племенных производителей, добиваться падежа скота, не давать развиваться кормовой базе… Следующий раз я встретился с Рыковым осенью тридцать второго, когда колхозное движение окрепло, кулачество было разгромлено и деревня уже стала реально ощущать результат индустриализации страны…
На просцениум выходят дети, женщины с грудными младенцами, старики; каждый представляется:
— Я, Маша Прокопчук, меня съели во время голода тридцать первого…
— Я, Клавдия Васильевна Птицына, умерла — с тремя детьми — во время голода тридцать второго года.
— Я, Сергеев Иван Куприянович, был расстрелян во время голода тридцать второго года, когда сказал, что враги разрушили нашу деревенскую жизнь…
— Я, Левашов Егор, пяти лет от роду, умер рядом с мертвой мамкой, вся наша деревня вымерла от голодухи, и было это в декабре тридцать второго…
СЛЕДУЕТ МУЗЫКАЛЬНАЯ ПАУЗА, В КОТОРОЙ ЗВУЧАТ ПЕСНИ УДАРНИКОВ, ВОСПЕВАЮЩИЕ УСПЕХИ СТРАНЫ…
Ульрих. Подсудимый Иванов, подтверждаете свои показания?
Иванов. Целиком и полностью.
Вышинский. Когда вы вступили в контрреволюционную организацию?
Иванов. Мое первое грехопадение началось в одиннадцатом году, когда я стал агентом охранки…