А Саша делает, как может
- Автор: Козьякова Наталья
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «А Саша делает, как может». Краткое содержание книги:
Не радовал старший принц.
Энгельберт по-прежнему маялся с больной рукой. Обезболивающие и охлаждающие мази не приносили облегчения. Более того — в какой-то момент в месте их нанесения появились странные ощущения. Энгельберт почувствовал, что рука почти перестала ему подчиняться, превратившись в некое подобие указующего маячка. Грубого такого маячка. Временами заставляя не то чтобы терять сознание. Скорее — терять ориентир. Или, наоборот, находить его? Энгель и сам не знал — что именно с ним происходит в такие минуты. Бывало идет по делу в кабинет брата, легкое головокружение — и он уже стоит на верхней площадке башни. И смотрит точно на юг. Туда, где смутно видны очертания Огненных гор. Еще и рукой туда указывает.
Энгель пытался с этим бороться. Пытался забыться — так, как это делают все мужчины. Вне зависимости от расы и возраста. То есть, надравшись до…. У эльфов нечистой силы в виде чертей нет. Поэтому пусть будет до зеленых чивриков — довольно крупных гусениц-вредителей.
Не помогло.
Хорошо, что пытался надираться не один, а в компании брата и дядюшки Джи. Брат уснул на столе, а дядюшка, знавший о проблеме чуть больше, не столько пил, сколько наблюдал и оберегал незадачливого подопечного. Потому и не грохнулся принц с высоты на каменные плиты, когда в порыве догнать и удержать, попытался шагнуть за ограждение. Дядюшка удержал, без особых затей отключив того ударом по затылку.
После чего приволок подопыт….подопечного в свои покои и строго сказал жене:
— Ланюшка, да поговори ты с ним уже! Или тебе не жалко мальчишку?
Леди Илланель грозно нахмурила брови, собираясь высказаться на тему бестолковых мужей, но взглянула, как трогательно бывший воспитанник обнялся с подушкой. В этот момент припухшие губы принца плямкнули — будто он кого-то целовал, и пробормотали:
— Сашенька моя…
— Ладно, так и быть. Проспится — поговорю. А ты, заступничек, собирай парня в дорогу.
— Далеко? И надолго ли?
Илланель посмотрела за окно. Там уже вовсю бушевала весна. Деревья в парке подернулись дымкой — предвестницей скорого появления листвы, а ветки Весеннего Древа, покачивающиеся у самого стекла, уже готовы были взорваться бело-розовыми цветами.
— Далеко, — сказала она. — И надолго. Может быть, даже навсегда.
Утром следующего дня вороной скакун бешеным галопом пролетел по столице славного королевства Азалийского по Южной дороге, унося на могучей спине одинокого всадника в неприметной одежде лесных эльфов. Принц Энгельберт спешил на поиски сбежавшей супруги.
А во дворце воцарилась обычная жизнь.
Саша
Сегодня у меня получилось договориться с собственным источником силы. Всего-то и надо было провалиться на несколько часов куда-то на другую сторону собственной личности, чтобы там столкнуться с собой — пятилетней.
Может быть, дело в особом складе характера — не знаю. Меня всегда интересовало не то, как поступают люди. А то, почему они поступают именно так, а не иначе. Так у меня было со всеми, меня окружающими. Так было и с героями пьес, которые мне приходилось ставить. Их было пока немного, но все же….
А чтобы лучше понять — я углублялась в дебри психологии. И где-то, уже не помню где именно, вычитала, что в нас до самой глубокой старости живет пятилетний ребенок — наше подсознание. Которое не понимает слова «нет». Вообще не понимает отрицательных частиц в мысленной беседе. И чтобы с ним договориться — надо тщательно подбирать слова и образы. Что-то типа: «Если мы поступим так, то получим это. Если сделаем по-другому то случится вот это». И спросить, ласково поглаживая кроху по головке: «Что выберем? Белое или черное? А может быть — цветное? Или вовсе бесцветное».
Вычитать-то я вычитала, а попробовать все как-то времени не находилось. Зато теперь — вот. Нашлось. Сижу в позе «Закаменевший лотос» и беседую мысленно с маленькой девочкой, заблудившейся где-то внутри меня. Девочка на мой теперешний взгляд довольно странная. Синие глаза-кляксы на белом личике. Коротенькие волосы невнятного цвета — не белые, не золотистые. Так — нечто среднее. Ручки-веточки прижимают к груди куколку. Смутно припоминаю, что была у меня такая. Размером с ладонь, в смешном сарафанчике из голубого шелка и такими же невнятного оттенка волосами.
Девочка со мной не разговаривала. То есть, мы бродили с ней по пещере детских страхов, где за каждым поворотом таился ужас.
Мы бродили, и вспоминали — чего же я так боялась.
Темноты под кроватью. Потому что в ней прятались зеленые глаза. Вспомнился большой пушистый кот. Темно-серый, с белыми лапками и таким же белым пузом. Именно он прятался за чемоданом, который стоял под кроватью родителей. Кровать была высокая, с латунными шариками на спинке и панцирной сеткой, на которой было так весело прыгать.