Как падающий снег [litres][Wie fallender Schnee]

– Я знал, что ты будешь идеальной Изольдой. Я попросил Квирина подсыпать Опал зелье, которое выведет ее из строя.

– Почему? – я попыталась возмутиться, но безуспешно.

– Поцеловать меня должна была ты.

Я улыбнулась.

– Не знала. Я должна тебе что-то еще?

– Я бы сказал, второй поцелуй, чтобы я улучшил технику.

– Мне кажется, она и так была совершенна.

Кассиан покачал головой.

– Я уверен, мы можем еще лучше, – его решительный вздох заставил меня улыбнуться.

– Ты не уступишь, да?

– Не уступлю, – прошептал Кассиан несколько мгновения спустя. – Ларимар ждет нас во дворце, она захочет узнать, где я задержался. Не хочу ее злить, иначе ей может прийти в голову запретить тебе сюда возвращаться.

– Думаешь, она бы это сделала?

– Мы должны быть осторожны и не раздражать ее, поэтому держи свои мысли под контролем.

– Я постараюсь.

Кассиан обнял меня еще раз и, поцеловав на прощание, толкнул в дверь.

Завтра я вернусь, и, надеюсь, у нас будет время друг для друга. Наконец-то я выполнила свое задание. Ауреолы воссоединились, Ларимар может быть коронована, а к Кассиану вернется зрение. Я никому не расскажу о мире эльфов, и мы с Кассианом сможем быть вместе. С легким сердцем я пошла домой.

Я присела рядом с бабушкой на скамейку в саду. Она сняла испачканные садовые перчатки и вытерла пот со лба. Осенние кусты в саду сияли красным и золотым в вечернем свете.

– Это было невероятно, – прошептала я. – Мне пришлось сыграть Изольду. Опал было нехорошо. Никогда не думала, что у меня получится.

Я ощутила, как что-то тянет вниз – у меня в кармане. Я сунула руку внутрь и вытащила камень. Я потрясенно уставилась на него, это был блестящий белый опал. Должно быть, кто-то подложил его мне в карман, а я от волнения не заметила. И я точно знала, кто это был и что это значит.

– Я его поцеловала, – добавила я, чувствуя, как во мне растворяется игра ярких красок. Мне пришлось сдержаться, и я схватила бабушку за руку. Я не видела ее лицо, но отчетливо поняла слова.

– Люди не целуются с эльфами, дитя мое.

Я не могла в это поверить. Я не смогу вернуться. Опал позаботилась о том, чтобы я нарушила одно из правил. Я принесла предмет из мира эльфов в мир людей.

Бабушка смотрела на камень почти так же ошеломленно, как я. Она взяла себя в руки быстрее, чем я.

– Возможно, это к лучшему, Элиза, – осторожно сказала она.

Я покачала головой. Этого не может быть, я должна увидеть его снова.

Должно быть, бабушка почувствовала мое отчаяние, потому что взяла карты и начала их перемешивать.

– Бабушка, оставь, – на глаза навернулись слезы. Все было кончено.

– Вытяни одну, – попросила она, не обращая внимания на мой протест.

Моя рука зависла над красочным предзнаменованием. Я была уверена, что вытащу Смерть. Зажмурившись, я схватила карту. Бабушка перевернула ее, и на лице у нее расплылась улыбка.

– Колесо судьбы, – объявила она. – Еще ничего не кончено. Все хорошо. Позволь всему идти своим чередом, – взяв меня за руку, бабуля сжала ее. – Не пытайся сейчас что-то понять. Есть хороший шанс, что все твои заботы позже приведут к удаче.