Монохроматический свет

– Придумали все эти винтовки. – Ворчал Вольтрарий. – Жили бы мы в избушках, так ничего этого не было бы.

– Ты считаешь, что наука только зло приносит?

– Глупости. Меня лишь порою поражает, что все эти репрессии против собственного народа стали такой нормальностью. Людям и данкликергам стоит иногда менять акцент с того, сколько аворструбцев погибло, на то, что аворструбцы погибли. А то я обижусь, что после моей смерти какой-нибудь диванный скептик бросит в мою сторону фразочку, что «люди умирают постоянно».

– Наука – это голые факты. – Возражал Несгерт. – То, что ты описал, в сфере интересов искусства.

– Да, ты прав. – Вольтрарий тяжело дышал из-за сложной работы. – Но ты сам видел аворструбское искусство. Черти что, возвеличивающее Первого Народного Командующего и его жополизов.

– Это уже другой вопрос.

Серые глаза Вольтрария поникли. Они смотрели теперь куда-то в пустоту. Куда-то сквозь промерзлую глину, которую тысячи работников терпеливо пытались расковырять лопатой во имя светлого будущего.

– Ты видел эти груды тел? – Охрипшим голосом спросил мужчина.

– Ты о чем?

– Мертвые работники. Их просто складывают на морозе. В поле.

– Видел. – Сердце Несгерта защемило от мысли, что он имеет все шансы оказаться в этой груде тел.

– Я стараюсь не думать о том, что эти бездыханные тела когда-то были детьми. – Глухо говорил Вольтрарий. – Что их любили родители, а они, смеясь, радовались приходу домой мамы и папы. Что когда-то они пошли в школу, а потом отучились в университете. Что у каждого были друзья и семья. И, быть может, их жизнь кардинально отличалась от той, что я сейчас описал, но это не делает их жизнь менее уникальной или более простой и легкообъяснимой. Каждый человек идет по своему пути. Если я буду об этом задумываться, я точно слягу рядом с мертвецами.

Конец своего монолога мужчина произносил быстро и невнятно. Несгерту казалось, что работник потерял рассудок.

– У меня не осталось семьи, рогатый. – Пустые глаза Вольтрария смотрели на Несгерта. Мужчина бросил лопату. – Из-за этих отожранных свиней в правительстве начался голод. Мы варили чертовы обои в кипятке лишь бы хоть как-то забить желудок. А потом не осталось совсем ничего. Мне пришлось их отправить на тот свет. Я не мог смотреть, как они страдают. Понимаешь?

Вольтрарий залился слезами. Его лицо исказилось в гневе.

– Из-за всех этих выблядков с их идеями я задушил свою семью! – Кричал рыдающий мужчина. – И попытался сдохнуть сам, но какие-то гады меня спасли! Чтоб вы все сдохли со своими работами! Все ваше правительство бандитское нужно к чертям собачьим перевешать!

– А ну заткнулся там! – Кричал военный сверху.

Вольтрарий в ответ показал военному средний палец. Защитник народа снял с плеча снайперскую винтовку «Сиворга», прицелился и всадил пулю в голову работнику.

Несгерт ошарашенно смотрел на застреленного мужчину. Горячая кровь разливалась по ледяной земле. Военные спустились в яму. Ненавистные взгляды работников просверливали двух стрелков. Но никто не посмел высказаться против. Все молча наблюдали, как из ямы вытаскивают труп человека, который эту яму копал. Это было обычным делом для Вольной Державы Аворструб.