История инквизиции
- Автор: Ли Генри Чарльз
- Год: 2007
- Язык: русский
- Год: Эксмо
- ISBN: 978-5-699-20812-8
- Переводчик: А. В. Башкиров
- Жанр: История
Электронная книга - «История инквизиции». Краткое содержание книги:
Графы Тулузы, Фуа и Комменжа прибыли в Рим до открытия собора; здесь к ним присоединился молодой Раймунд; чтобы не попасться в руки агентам Монфора, он должен был из Англии перебраться во Францию и пройти эту страну в одежде купеческого приказчика. В длинном ряде бесед с Иннокентием они жаловались ему на свое дело и сильно тронули Папу. Говорят, что на этот раз на их сторону стал Арнольд Нарбоннский, поссорившийся с Монфором; но другие прелаты, для которых это было вопросом чуть ли не жизни и смерти, с такой горячностью оговорили Раймунда и такими мрачными красками нарисовали картину катастрофы, грозящей Церкви, что Иннокентий, после недолгого размышления, решил ничего не делать в пользу гонимых сеньоров. Представителем Монфора был брат его Ги.
Лишь только открылся собор, как обе стороны обжаловали свое дело. Решение отцов было вынесено сейчас же и, как и следовало ожидать, – в пользу борца за веру. В приговоре, объявленном Иннокентием 15 декабря 1215 года, указывалось на те усилия, каких стоило Церкви очистить от ереси Нарбоннскую провинцию, и отмечалось, что после этого в стране водворились мир и спокойствие; далее в приговоре говорилось, что Раймунд был признан виновным в ереси и грабежах, почему и был лишен власти, которой злоупотреблял, и осужден проводить остальную жизнь в покаянии и в оплакивании своих грехов; ему была обещана ежегодная пенсия в четыреста марок, если он будет послушен Церкви. Жене его оставлялись земли, следуемые на ее вдовью часть; по желанию она могла получить их стоимость. Все покоренные крестоносцами области, включая Тулузу, гнездо ереси, и Монтобан, были переданы Монфору, которого превозносили как первого борца за веру. Те же владения Раймунда, которые не были еще покорены, отдавались Церкви, которая должна была вернуть их – все или часть – молодому Раймунду, если он, по достижении совершеннолетия, окажется достойным этого. Что касается графа Раймунда, то его дело решено в окончательной форме; отныне Церковь называла его только "бывшим графом", quondam comes. Решения, принятые по отношению графств Фуа и Комменжа, ограничивали, по крайней мере в этом направлении, притязания графа Монфора; но для местного дворянства они были не особенно благоприятны.
Высшее судилище Церкви сказало свое слово. Но это судилище потеряло часть своего владычества над душами верных, и решение его не только никого не успокоило, но послужило призывом к восстанию. Юг Франции с нетерпением ждал, что наконец-то будет заглажен длинный ряд несправедливостей; когда же надежда эта не оправдалась, то возбужденный до исступления народ понял, что спасти его может только вооруженное сопротивление. Если Монфор воображал, что его завоевания надолго и прочно утверждены за ним решением Латеранского собора, если он придавал большое значение принесенной им верноподданнической присяге Филиппу-Августу, то он показал одно, – как мало знал он тех людей, с которыми имел дело. Во Франции он, понятно, был героем дня, и путешествие его для принесения присяги королю было настоящим триумфальным шествием: народ толпами стекался взглянуть на борца за веру; духовенство во всех городах встречало его крестным ходом, и кто мог прикоснуться лишь к краю его одежды, тот считал себя уже счастливейшим из смертных.
Молодой Раймунд имел в это время только восемнадцать лет, но годы несчастий закалили его; он отличался изяществом и благородством манер и, говорят, произвел очень выгодное впечатление на Иннокентия. Папа, отпуская его, благословил его и дал благой совет: никогда не брать ничего чужого, но защищать свое (res de lautrui non pregas; lo teu, se degun lo te vol hostar, deffendas). Молодой человек не замедлил последовать совету Папы, но он понял его по-своему. Часть родовых земель Тулузского дома, сохраненных для него под охраной Церкви, находилась к востоку от Роны; вот здесь в начале 1216 г. на возвратном пути из Рима остановились отец с сыном, чтобы сделать эту местность базисом своих действий. Немного спустя Раймунд-старший отправился в Испанию набирать войско; жители Марселя, Авиньона и Тараскона поднялись как один человек по зову своего сеньора и горели нетерпением двинуться на французов; к громам и молниям, метаемым Церковью, они оставались равнодушны и были готовы пожертвовать и имуществом, и жизнью. Отныне роли главных действующих лиц этой великой драмы переходят к городам и горожанам: битва идет, с одной стороны, между тяжелым феодализмом Севера, а с другой – между городскими общинами Юга, наполовину республиканскими, которые борются за свое существование. Религиозный вопрос отодвинулся на второй план, тем более что сами религиозные идеи в то время были еще очень смутны.