Осколки души. Тома 1 и 2

— Но я видела много сильных рыцарей, если хочешь, могу помочь тебе получить то, что ты хочешь, — вкрадчиво сказала Нинэ, решив пойти с другой стороны.

— Верни мне ставку и расписки принца. А после мы поговорим, — сказал я, улыбнувшись во все тридцать четыре зуба.

— Я взяла не тех, решила, что я умнее остальных и поменяла систему. Что третье? — с вызовом спросила Нинэ, когда мне вернули пять галеонов, и я проверил наличие расписки от принца. Все в полном порядке.

— Ты не туда смотрела, — спокойно сказал я, пряча деньги. — Я и в самом деле применил магию, чтобы спасти шкуру в последнем раунде. Вот только не мою, а твою. Иначе казначей раздел бы всех. Я не знаю, как он получил такую силу, но он совершенно не умеет ей пользоваться, и это видно с первого взгляда. На сколько он тебя раздел?

— На пять галеонов. После этого — играл только против других игроков. Ты с учетом всех ставок забрал у меня больше, — ответила Нинэ. — Но я благодарна тебе за последнюю партию. И все же не понимаю, к чему были все эти сложности. Ты пытался подменить столы, сменить крупье, испортить систему проверок, но ничего не добился. И все же именно сегодня казино понесло самые большие убытки.

— Просто сегодня всю твою удачу съел Ганс Амадеус. И не только твою, — сказал я, еще раз поправив пиджак, чтобы выглядеть просто идеально. — Возможно, мы еще поработаем вместе.

— Пф. Я не твоего полета, рыцарь. Ты можешь работать только НА меня, — презрительно бросила Маунтайн, но я лишь усмехнулся. Посмотрим… посмотрим.

Если то, что она говорит, правда, на самом деле сегодня я разбогател почти на десяток галеонов. Миллион корон! Но, конечно, главным во всем плане был не я, и даже не пара неразлучных шулеров, которым я помог выиграть. Главным стали игла, свеча, одна горничная и, конечно, маленькая и гибкая одноклассница.

Я нашел Ольгу взглядом, когда мы уже покидали вечер. Смотреть на нее было жалко. Еще бы, ведь она весь день просидела, скрючившись в три погибели под столом с костями. Никакой магии в этом не было, так что и попасться она не могла. На кости было невозможно воздействовать — никто не брал их в руки, и только когда ведерко зарывало их, прижимая к столу, оставалась пара секунд, чтобы провернуть все.

В столе было прорезано отверстие, плотное сукно заменено более редким и полупрозрачным. Когда ведерко закрывало свет сверху — в огоньке свечи можно было разглядеть, какой стороной лежат кубики, и с помощью иглы перевернуть их в нужное положение. Простая операция, но сложное исполнение.

Крупье у этого стола менялись каждые полчаса, затем и сам стол унесли. Нинель выигрывала, только когда внимание соглядатаев, которых заранее обозначили Екатерина и Николас, ослабевало. Каждый выполнял свою роль и знал только то, что должен был. Даже если бы схватили всех — о роли Ольги знал только я.