Осколки души. Тома 1 и 2

— Ваше императорское высочество, аннулировать ставки можно только для того, кто мошенничал. Я же настаиваю на том, чтобы мы открыли карты и разговаривали уже после. Если вы, конечно, готовы, — сказала Нинэ, полностью включившись в игру. Теперь все зависело от решения принца и казначея. Все или ничего.

— Пас. Я не собираюсь играть подстроенный матч, — сказал через несколько секунд Ганс, сбрасывая руку.

— Требую аннулирования ставок, — проговорил принц, судя по всему, рука у него была не очень. Но для меня важнее, что у поддержавшей игру Нинэ. Сдаваться я не собирался, слишком большая сумма на столе, но и опускаться до кидалова хоть и мимолетного, но партнера, не собирался.

— Вскрываемся, — сказал я, берясь за карты. — Принц, вы сбрасываете или поддерживаете?

— Я свое еще возьму, — хмыкнул Фавон, бросая карты на стол. Я физически почувствовал, как облегченно вздохнула миледи, хотя она и держалась лучше всех. В следующую секунду мы положили почти одинаковые наборы. Две равные пары у меня и у нее. И, судя по напрягшемуся лицу казначея, как минимум одна из этих карт еще недавно была у него в руке.

— Ничья, — нервно улыбаясь, сказала крупье.

— Ну нет. Проверьте колоду и карты! — крикнул принц, которого такой результат не устроил. Меня тут же отодвинули, как и Нинэ, которая с достоинством поднялась из-за стола, но осталась рядом, так чтобы видеть все происходящее.

Силы принцу было не занимать. Его сторонников в зале собралось несколько десятков, да и стихийная сила была явно на их стороне. Но даже при таких раскладах выходить за рамки приличий слишком далеко они не могли, ведь наряду с русским наследником в зале присутствовали и другие монаршие дети.

— Ваше императорское величество, — склонившись почти к самому уху принца, Ромодановский предъявил несколько одинаковых карт, которые полностью совпадали. — Дубликаты. Вот эти — на руках, а эти в колоде. У казначея две. И у остальных по одной.

— Подвергните их испытанию, — бросил Фавон.

— В том числе в вашей руке, мой принц, — склонившись еще ниже, произнес придворный.

— Что за абсурд, ты хочешь сказать, что колода изначально испорчена? — фыркнул наследник императора, строго взглянув на затылок подчиненного. — Проверьте их все. Немедленно.

— Как прикажете, — ответил князь Ромодановский и сунул карты в огонь. Поджигал аккуратно — так же, как я работал над каждой картой. И эта неспешность — единственное, что меня спасло. Поддерживать разрушение структуры под термальной обработкой в реальном времени оказалось крайне непростой задачей. Но я справился, и когда одна за другой карты легли на стол, никаких доказательств их подделки найдено не было. И это заставило напрячься уже Нинэ, рассчитывающую на поделку.

— От лица всего офицерского клуба я прошу прощения у присутствующих, — быстро приняв решение, сказала Маунтайн. — Кажется, во время подготовки к вечеру одна из колод была испорчена. Однако удача остается удачей, а выигрыш — выигрышем. Надеюсь, с этим вы не станете спорить, ваше императорское высочество?