Крепость Бреслау (ЛП)
- Автор: Краевский Марек
- Серия: Инспектор Эберхард Мок #4
- Язык: русский
- Жанр: Триллеры
Электронная книга - «Крепость Бреслау (ЛП)». Краткое содержание книги:
Карен, Карен, повторял он, желая заглушить трехсложный треск лестницы, может, Карен в их бывшей квартире? Никого не было, кроме голубей, которые свили себе гнездо в тюфяке.
Мок покинул свою старую, пустую теперь квартиру и поплелся нога за ногу в свою новую квартиру на Цвингерплац. Он не реагировал ни на рев торпед, которые стартовали с тележек, установленных на Редигерплац, ни на треск панцерфаустов. Равнодушно шагал по Августаштрассе, не заботясь вообще о пулях русских снайперских стрелков. С полным спокойствием он вошел в подвалы, которыми отправился в центр города — в свою новую квартиру.
Может, там будет Карен?
Через полчаса Мок открыл дверь ключом и вошел в выстывшую квартиру. Карен не было. Был зато кто-то совсем другой.
Бреслау, воскресенье 8 апреля 1945 года, двадцать минут третьего дня
Первый удар бросил Мока о стену. Он почувствовал сильное жжение на щеке и теплый экссудат на верхней губе.
Падая под зеркало, спрятал голову в плечи и закрыл глаза. Дом вздрогнул до основания. Со стены соскользнуло зеркало, ударилось о пол и треснуло пополам. Еще один удар пришел сверху. У Мока было впечатление, что он был ударен крюком.
Какой-то металлический кончик пронзил фетровую шляпу и погрузился в эпидермис темени Мока. Тот почувствовал, как кто-то хватает его за воротник рубашки и тащит в его кабинет. Поскольку плащ при этом натянули ему на голову, Мок ничего не видел. Стриг глазами из стороны в сторону, но — к своему ужасу — увидел только пятно крови, разливающееся на бархатных отворотах воротника. Через некоторое время почувствовал на щеке холод паркета.
Он был в кабинете. По его почкам и ребрам затопала обувь. За окном взрыв тряхнул деревья в сквере. До ушей Мока донесся сухой треск падающих веток. Он услышал также скрип обуви на паркете. Удары отбрасывали его на все стороны. Лежа на животе, он поднял глаза и увидел своих мучителей.
Вальтраут Хелльнер подняла кочергу, Ганс Гнерлих натянул плащ на плечи Мока, обездвиживая его в смирительной рубашке безопасности. Оба были одеты в полевые куртки «Ваффен СС». Оконная рама покоробилась в ромб и высыпала из себя крошки стекла прямо на голову Мока. Кто-то сорвал с него маску, а потом вдавил его лицо в стекло. Капитан зажмурился. Он почувствовал, как несколько стеклянных крошек втягивает вместе с дыханием в нос. Разорванная слизистая отреагировала кровавым насморком, который безжалостно окрашивал теперь костюм и рубашку. Что его удивило — в кабинете царило тепло.
Перевернулся на бок и окаменел от ужаса. Вальтраут Хелльнер разогревала в печи кочергу. Огонь лизал обложку «Молота ведьм» издания семнадцатого века и трещал из-под желтых листов «Макбета» издания восемнадцатого столетия.
Гнерлих схватил Мока за плечи и посадил на стул. Затем он сделал с пиджаком то же самое, что и раньше с плащом — заблокировал ним еще теснее. Потом дернул за рубашку и разорвал ее на груди, на высоте стреляной раны. Хелльнер вытащила из печи раскаленную докрасна кочергу и поднесла ее перед лицо Мока. Кратеры его лица, по которым текли теперь маленькие ручейки крови, смешанной с потом, отреагировали резко. Тонкая розовая пленка шевелилась, как мембрана динамика.
— Чего вы хотите? — прошептал Мок.
— Пытать, — сказала Хелльнер и коснулась раскаленным стержнем лица Мока. Запах паленой кожи напомнил Моку о бомбардировке Гамбурга и Дрездена.
Боль распространился в сторону носа и глаза. Моку казалось, что раскрошился носовой хрящ, а глаз стал был вырван из глазницы. Ветер ворвался через разбитое окно кабинета и зашелестел разбросанными по полу книгами. Пароксизм боли ворвался в соединения костей черепа и дернул челюстями Мока. Взрыв поднял летучие шарики пыли.
Он заскрежетал зубами и закрыл глаза. В зазубренные отверстия в стеклах врывался черный жирный дым. Плиты костей черепа Мока были испещрены горящими кострами.
— У тебя сейчас на морде выжжен вопросительный знак, — улыбнулась Хелльнер. — Эта родинка подходит для тебя. Ты же следователь. Постоянно о чем-то спрашиваешь. Хочешь увидеть, как это взять кого-то на пытку?
Мок видел раскаленную кочергу, приближающуюся к простреленной ране. Сияющий оранжевый кончик коснулся повязки, и над плечом Мока поднялся синеватый дымок. Потом уже не было дыма, не было зуда, не было кабинета, разбитых окон и горящих старинных книг. Даже русские перестали обстреливать Бреслау. Потом был уже только глухой и пустой колодец боли.