Древние Свитки. Исход (СИ)
- Автор: StarGarnet
- Язык: русский
- Жанр: Попаданец
Электронная книга - «Древние Свитки. Исход (СИ)». Краткое содержание книги:
- Партурнакс? - спросила Эль, снова вспоминая слова Харкона.
- Брат Алдуина. Он все еще жив, - нахмурился Лейф. - Эсберн может сколько угодно болтать о справедливости и о том, что Партурнакса следует казнить за какие-то там древнющие ужасы, но я не могу просто взять и убить… ну, по сути, друга. Сам-то Эсберн не сумел привести в пример хоть одно его преступление - возможно, потому, что их и не было… И вообще, - заворчал он раздраженно, - хочешь справедливости - иди и воюй за нее сам. Вечно все чего-то хотят от Довакина. То мир им спаси, то старушку убей, то укради что-нибудь.
Эль от души расхохоталась, вспомнив свои ривеллонские приключения. Там население тоже часто проявляло близкую к безрассудству отвагу, прося у Рыцаря-Дракона всякую смешную ерунду.
- И все же я не понимаю Партурнакса, - вернулся к прежней теме Лейф. - Друг-то друг, но что-то мне кажется, что он врал на каждом шагу. Даже не врал, а… ходил вокруг да около.
Знакомая манера, подумала Эль, а вслух спросила:
- С чего ты взял?
- Ну, - раскряхтелся Довакин, - я встретил трех древних нордов, что когда-то изгнали Алдуина. Партурнакс расчувствовался: мол, ты увидишь моих старых друзей, величайших героев… А сам на своем языке обзывал их дурачьем и думал, что я не пойму.
Она поневоле рассмеялась. Да, поведение вполне драконье.
- Кроме того, - недоумевал Лейф, - Алдуин был в бешенстве, когда жалкие людишки на него напали. На него, красавца, первенца! Клял брата на все корки, грозил, что поквитается с предателем. А потом Партурнакс веками ждал его у Тид-Аран…
- А это-то что? - тут уж Эль спрашивала вполне искренне. За все время, что они общались, вампир ни разу не упоминал ничего подобного.
Лейф раскрыл было рот рассказывать, но потом махнул рукой.
- Рана во Времени. Был Свиток… Трудно объяснить.
Рана во Времени. “Свиток, пустивший трещину по мирозданию…” Выходит, Харкон и это упомянул - просто она не поняла.
- Да это неважно, - продолжал тем временем Лейф. - Важно то, что Алдуин вернулся - и сразу уткнулся в предателя Партурнакса.
- Ах. И этот предатель все еще жив.
- Я этого не понимаю, - покачал головой Довакин. - Почему Алдуин не отомстил, как грозился? Но я вообще их не слишком понимаю - драконов. Для этого я чересчур человек.
- Для человека ты чересчур эффективно с ними расправляешься, - заворчала Эль, не сдержавшись.
Лейф насупился.
- Ты зря думаешь, что мне это в радость, - нехотя произнес он. - Но они сами лезут. Лезут и лезут. То ли хотят проверить, кто из нас сильнее, то ли решили всем скопом об меня поубиваться. Говорю же, не понимаю я их… Забавно, - вдруг развеселился он, - вот ты меня расспрашиваешь, а Серана даже не интересовалась. Подумаешь, Алдуин.
- А я любопытная, - нагло ответила Эль. - Все маги любят совать нос куда не следует.
- Оно, конечно, да… А скажи “Fus”! - заухмылялся он с неким предвкушением.
- Это что-то матерное? - изобразила подозрительность архимаг, понимая, куда клонит ее собеседник. Что-то чувствует, скотина! Подозревает!..
- Обижаешь. По-драконьи Fus значит “сила”. Давай, скажи!
- Фус, - скучно произнесла она, зная, что ничего не произойдет. Впрочем, сейчас это было только к лучшему.
- Хм, - поджал губы Довакин. - А я ведь был почти уверен… Такое вот этакое чувство… А вдруг ты Драконорожденная, просто сама об этом не знаешь? Я ведь тоже не знал.
- Если верить пророчеству, - напомнила она, - ты последний Драконорожденный.
- Ну и что, - пожал он плечами. - Может, я и последний, но до меня были другие. Тот же Мирак… да что далеко ходить! Милашка Серана не раз говорила, что с отцом у нее плохие отношения, но за всеми жалобами забыла упомянуть, что ее папа - дракон.
И снова Эль окатило холодом.
- Может, ты и с ним ошибся, - сказала она, понимая, что на деле-то Лейф не ошибся ни разу.
- Ну нет, - отрезал Довакин. - С ним - точно нет. И уверен, он знал, кто я такой. Он прекрасно понимал, что предлагает, и все равно предложил дракону стать вампиром… Если подумать, - искренне рассмеялся Лейф, - меня славно наградили за дорогую дочку и Свиток - оскорбили и вышвырнули вон как щенка. Разве что оставили мне мою жалкую жизнь, вот и вся награда. И оказался я на берегу и на один миг искренне уверился, что ему просто надоело жить.
Эль встревожилась.
- Почему?..
- Потому что нельзя так обращаться с Довакином, - наставительно сообщил Лейф. - Это вредно для здоровья. Мирак и Алдуин в этом уже убедились, но теперь и Харкон на свою беду решил, что ему все можно.
Эль поневоле задалась вопросом - а не подвинулся ли вампир умом, раз взялся дразнить шезаррина? Он ведь и сам себя в этом подозревал и винил Шеогората…
Но вслух она всего лишь спросила, ища возможные параллели:
- А чего Мирак от тебя хотел-то?
- Да ничего особенного. Поглотить мою душу, чтобы набраться сил и сбежать из Апокрифа. Видать, Херма-Мора утомил его своей заботой.
А вот и параллели, вздохнула Эль. Не пришлось долго искать.
- Правда, - помрачнел Лейф, - было кое-что еще. На Солстхейме люди, подчиненные волей Мирака, возводили святилища и все повторяли его слова…
- Что за слова?
- Я до сих пор их не понимаю. “Наши глаза были слепы - теперь через него мы зрим. Наши руки были праздны - теперь через них он говорит…”
- Звучит как обычное поклонение.
- А я еще главного не сказал!.. Так вот… как же оно было… “И когда мир начнет слушать, и когда мир начнет видеть, и когда мир вспомнит - этот мир перестанет существовать.” Мне непонятно. Тебе понятно? - в простодушной надежде он глянул на Эль.
Но та лишь развела руками, испытывая в высшей степени нехорошее чувство.
- Нет…
- Возможно, Мирак что-то знал, - мрачно забубнил Лейф. - Все-таки тысячи лет в Апокрифе сидел, а там знаний за все времена… и мы живем в последних.
- Но Алдуина-то уже нет! - заспорила Эль, сама не зная, что обо всем этом думать. Как легко и просто было ненавидеть Довакина издали, глядя на карту с тусклыми точками. Как легко было страдать по драконам, пока они не возвещали конец всему… А теперь - какую сторону ей занять? Чего Акатош вообще от нее ждет? Харкон, неверующий циник, помнится, даже заявил, что это может быть вовсе не Акатош. Беда была в том, что, несмотря на всю свою убежденность, Эль прекрасно помнила Игерну и понимала, что в словах вампира была логика - очень неприятная, но оправданная.
Довакин, у которого тоже имелись проблемы с пониманием ситуации, возмущенно взбурлил:
- Алдуин! А что Алдуин? Его появление - знак последних времен! Думаешь, я отменил их, просто прихлопнув его воплощение?! То есть… да, конечно! Именно так я и считал! А теперь и сам не знаю…
- Мог бы спросить про те слова у самого Мирака, - расфыркалась она. - Или что - сперва убиваем, потом думаем?
- Он мне проходу не давал, души крал, - сморщил нос Лейф, недовольный собственной торопливостью. - Не до того было… И вот зря ты так, не я его убил. Рога пообломал - это было, но потом влез Херма-Мора и сам своего любимчика пришиб.
- Надо же, - удивилась Эль, вовсе такого не ожидавшая. - Столько веков холил и лелеял, а потом пришиб?
- Видать, прошла любовь, - пожал плечами Довакин и нахохлился. - Мне было бы все равно, но теперь эта штука тянет щупальца ко мне.
Рыцарь-Дракон так и покатилась со смеху, бесполезно пытаясь унять бестактный гогот.
- Может, вернемся к судьбам мира? - покраснев, предложил Лейф, которого собеседница своим весельем совсем засмущала. - Уверен, Мирак нарыл что-то в Апокрифе.
- Сходил бы да сам узнал, - каверзно предложила Эль, все еще хихикая.
- Ни за что, - замотал головой он. - Я туда ни ногой. До сих пор не верю, что Херма-Мора вообще позволил мне уйти… И хорош веселиться! Могу дать тебе книжку черную, гадкую, сама с ней развлекайся. Вдруг да выяснишь, что Мирак узнал…