Савва Сторожевский

Можно ли определить — от Звенигородского холма-горы Сторожи или от протекающей тут же речки Сторожки обрёл своё имя старец Савва? Попробуем это обсудить, не забывая при этом, что Савву Сторожевского сейчас стали постепенно называть также ещё и Стражем Москвы, и даже всей России. Однако гора Сторожи и одноимённая речка возникли задолго до его появления на этом месте. Не он дал название этой местности, а наоборот. Те же, кто называл его Звенигородским, не предполагали причислять его к Стражам России, а скорее считали его святым старцем, духовным подвижником. К пониманию имени Саввы ближе идея Небесного Звенигорода, нежели идея «стражи», как некоей, пусть даже и духовной повинности, службы или даже добровольно взятой на себя обязанности.

Однако традиция отождествлять имя Саввы со словом «стража» почему-то сегодня, и надо отдать этому дань, звучит весьма весомо. И такое толкование может найти подтверждение, если на самом деле он действительно в юности или молодости, ещё до монашества, служил в каком-то сторожевом отряде. Предположим даже нечто неожиданное. А вдруг был он одним из богатырей на той же горе Сторожи, а потом вернулся и построил здесь монастырь. То есть он охранял землю Руси первоначально в буквальном, а затем и в духовно-сакральном смысле. Как герои поля Куликова Пересвет и Ослябя. Потому и Юрий Звенигородский так приник к Савве, что тот был хорошим воином, а князь, как известно, любил баталии. Отсюда и благословение Саввы на военный поход. И вообще они как бы нашли друг друга. А пригласил же князь старца в Звенигород по причине того, что тот был из этих мест...

Такую неожиданно фантастическую картину можно обрисовывать и дальше, прибавляя всё больше и больше разных подробностей. Но если это было так, то от горы Сторожи точнее было бы называть Савву — Сторожский или Сторожинский. Ведь исконно русским словом является «сторожа». А понятием «стража» его обогатил уже церковнославянский язык. Если бы Савва имел реальное отношение к службе «стражника», то тогда правильнее было бы его называть Савва Стражевский.

Но народный язык решил по-своему, назвав Савву Сторожевским. И это ещё раз доказывает, что скорее всего имя его имело не «профессиональное», а топонимическое происхождение и связано было всё-таки с названием горы-реки. И значит, трудно станет тем, кто будет продолжать утверждать, будто Савва Сторожевский состоял на какой-то «страже», а монастырь, основанный им, был боевым форпостом на подступах к Москве. Утверждение сильное, пафосное, но в значительной степени далёкое от мудрой и тихой глубины его духовной жизни, а также реальной глубины его духовного подвига.