Савва Сторожевский

Во всяком случае, Василий I сам был виноват в произошедшем. Ведь почти десять лет Москва находилась в мире с Золотой Ордой. Однако литовские родственники постоянно науськивали Василия Дмитриевича на то, чтобы каким-то образом «показать себя» восточному соседу. Тем более что в Орде уже давно происходила борьба между Тохтамышем и Тамерланом, крепкая держава, казалось, ослабевала. Воспользовавшись этим, Василий несколько необдуманно и слишком рано счёл себя свободным от выплаты ордынской дани.

Возмущённый Едигей направил в Москву грамоту, в которой жаловался, что «прежде вы улусом были царёвым, и страх держали, и пошлины платили, и послов царёвых чтили, и купцов держали без истомы и без обиды», а вот нынче почти перестали это делать. И добавлял: ханских посланников вообще «на смех поднимают». Припомнил Едигей и то, что со времени появления Тамерлана Василий так и не побывал в Орде, и даже не посылал туда детей, князей или бояр. Самым сильным заключением Едигея в грамоте стало обвинение великого князя Василия в том, что он, посылая в Орду жалобные грамоты, просто-напросто лгал, утверждая, будто платить ему нечем, а сам «брал с двух сох по рублю», а потом неизвестно куда всё это девал.

Этого было достаточно, чтобы напасть на Москву. Поход Едигея был очень удачен. В редчайшем эпосе той эпохи, широко распространённом среди жителей Золотой Орды и сегодня известном под названием «Идиге», повествователь описывает своего героя в самых торжественных эпитетах.